Бесконечность бесконечных множеств: книги недели

Что спрашивать в книжных

Альбом иллюстраций Виктора Пивоварова с автокомментариями, взгляд на биографию Пушкина как на театр, история первых советских лагерей, очерк о теории множеств от автора «Бесконечной шутки» и тревожные рассуждения о том, что евгеника не исчезла вместе с нацизмом. Поскольку сегодня пятница, редакторы «Горького» выбрали самые интересные книжные новинки уходящей недели.

Куча большого гравия

Рецензия на книгу «Сталин думает о нас»

В 1949 году в советские школы попала очередная редакция хрестоматии для чтения «Родная речь», открывавшаяся восьмистишием о никогда не спящем Сталине и закрывавшаяся гимном СССР, в котором «нас вырастил Сталин — на верность народу». Литературоведы Роман Лейбов и Олег Лекманов (признан властями РФ «иностранным агентом») в своей новой книге «Сталин думает о нас» предлагают внимательно прочитать этот примечательный артефакт эпохи, призванный показать идеальный мир будущим идеальным гражданам. О том, насколько убедительным вышел их анализ, рассказывает Эдуард Лукоянов.  

«Не особо ценю погружение в ностальгию»

Айзек Азимов написал так много книг, что даже мемуарных среди них несколько, — и вот одна из них, последняя, вышла наконец на русском языке. По просьбе «Горького» об увлекательной самоироничной книге «Я, Азимов» рассказывает Максим Батшев.

Под гнетом социального стыда

О книге Дидье Эрибона «Возвращение в Реймс»

Книга известного левого французского интеллектуала Дидье Эрибона «Возвращение в Реймс», пока еще не переведенная на русский язык, — одновременно и социологическое исследование, и литературное произведение. Автор обращается к личному и семейному прошлому с целью понять, под воздействием каких факторов сложилась его судьба и чем для него обернулся переход из пролетариев в интеллектуалы. Специально для читателей «Горького» о ней написал Арен Ванян.

«Самое страшное — после свадьбы»

Авдотья Панаева и русский семейный роман

Авдотья Панаева прославилась главным образом как мемуаристка и муза Николая Некрасова, хотя была самостоятельной писательницей и полноправной сотрудницей «Современника». О первом с середины прошлого века переиздании ее романов «Мелочи жизни» и «Женская доля», в которых семейная жизнь того времени показана глазами женщины, рассказывает Светлана Волошина.

Грозные женщины

О романе Кейт Аткинсон «Храмы веселья»

Современная британская писательница Кейт Аткинсон, прославившаяся в жанре детектива, выпустила роман о «ревущих двадцатых», чтобы показать, как страна, травмированная участием в мировой войне, возвращается к мирной жизни. От литературы «потерянного поколения» «Храмы веселья» отличаются в первую очередь феминистской оптикой — главные сюжетные события в них переданы от лица женских персонажей. О том, что из этого получилось, читайте в материале Дарьи Петропавловской.

Тяжко быть землей: книги недели

Что спрашивать в книжных

Где начинается Европа для японской писательницы, что Цезарий Гейстербахский узнал о чудесах, о чем вспоминала герцогиня де Монпансье, чем жили и живут российские баптисты и как белое фойе пламенеет, следуя за шнуром. Обо всем этом редакторы «Горького» узнали из самых интересных, на наш взгляд, новинок недели.

Калейдоскоп языка

О «Песнях принца, владеющего ключами» Ры Никоновой

Издательство «Носорог» выпустило «Песни принца, владеющего ключами» — тетралогию из четырех коротких романов Анны Таршис, позднее взявшей псевдоним Ры Никонова. Евгения Овчинникова рассказывает, как в этих текстах театр абсурда соединяется с ритмизованной прозой, а сюжет уступает место языку.

«Родину свою считают чужбиной, а отечество их на небе»

О книге Андрея Десницкого «Первые христиане. Какими они были на самом деле?»

Людям, критически настроенным по отношению к церкви, но не к религиозной вере как таковой, зачастую свойственно полагать, что настоящее христианство осталось во временах до императора Константина, а после становления государственной религии оно быстро превратилось в собственную противоположность. Насколько такие рассуждения оправданы с научной точки зрения — и имело ли вообще христианство шансы на этапе формирования своей ортодоксии стать другой и гораздо более терпимой к инакомыслию религией? На эти и многие другие животрепещущие вопросы о раннем христианстве отвечает книга известного библеиста Андрея Десницкого, которую по просьбе «Горького» прочитал Роман Королев.

Идеальная жертва

О романе Хан Ган «Я не прощаюсь»

Южнокорейская писательница Хан Ган получила широкое международное признание, выпустив роман «Я не прощаюсь», посвященный трагическим страницам корейской истории ХХ века. Этот яркий, многоуровневый, насыщенный натуралистическими описаниями и мифологическими символами текст увлекает читателя и заставляет его сопереживать травмам героев. Тем не менее, считает Евгений Морозов, свой главный посыл писательница обращает скорее к миру мертвых, а не живых — и тем самым бьет мимо цели. Предлагаем ознакомиться с его материалом.

Важнее пункта назначения

О книге Ричарда Гудкина «Вокруг Пруста»

Интертекстуальные связи, которые американский исследователь Ричард Гудкин обнаруживает в знаменитом романе Марселя Пруста «В поисках утраченного времени», могут показаться странными, а то и надуманными. В самом деле, что может быть общего, например, между прустовским потоком сознания и фильмами Альфреда Хичкока, предельно насыщенными событиями? Но Гудкин не предается постмодернистской игре с текстами и читательскими ожиданиями: явные и скрытые аллюзии в книге Пруста встраиваются в прочтение его эпопеи как хроники экзистенциального и эстетического опыта. Рассказывает Николай Проценко.

«Элегантные гости обмениваются антисоветскими репликами»

О книге Дениса Захарова «Капоте в СССР»

В самый разгар холодной войны в Ленинград и Москву из США привезли постановку оперы Джорджа Гершвина «Порги и Бесс». Это беспримерное турне довелось освещать корреспонденту журнала The New Yorker — будущему классику американской литературы Трумену Капоте. Сегодня, 70 лет спустя, Денис Захаров выпустил исследование, в котором шаг за шагом проследил приключения писателя в Стране Советов. О том, что ожидает читателя на страницах книги «Капоте в СССР», рассказывает Ксения Соколова.