Дать время чему-то живому

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Ева фон Редекер. Свобода оставаться. Философия свободы после конца будущего. М.: Individuum, 2026. Перевод с немецкого Алексея Костюхина. Содержание

«Если свобода — важная составляющая нашей жизни, мы не можем держать ее в запасе только для героических поворотных событий. Мы должны настаивать на ее присутствии в повседневной жизни».

Ева фон Редекер

Полагаю, у большинства читающих этот текст свобода ассоциируется в первую очередь с индивидуальной свободой. Ева фон Редекер, левый и феминистский немецкий философ, предлагает свой взгляд на это понятие. С ним можно познакомиться в ее книге «Свобода оставаться. Философия свободы после конца будущего», вышедшей в мае этого года в московском издательстве «Индивидуум». Этот взгляд, во-первых, учитывает других (в том числе природу и ее обитателей), а во-вторых, и это очень важно для книги, переносит понимание свободы из категории пространства в категорию времени. Среди тем, которые поднимает исследовательница, — экология, смерть, капитализм, феминизм, а среди ее партнеров по диалогу — Ханна Арендт и Симона де Бовуар. Книгу фон Редекер смело можно назвать критикой современности. Критикой, за которой следуют конструктивные предложения.  

«Свободнее всего я буду тогда, когда окажусь в полном одиночестве на Марсе». Такую фразу произнес двенадцатилетний подросток, сын друзей авторки, за их совместным обедом. Эту историю Ева фон Редекер использует, чтобы показать, как либерализм понимает свободу. Она пишет:

«В определенном смысле этот двенадцатилетний ребенок лучше меня понял семантику нашей свободы и сделал то, что и положено делать философу: довел ее до логического предела. Его предложение сочетает в себе крайнюю степень свободы передвижения — если уж отправляться куда-то, то сразу на Марс, с максимально широким радиусом индивидуальной воли: не ограничен ничем и никем. Ведь именно так понимает свободу либерализм, то есть интеллектуальная традиция, развивающаяся в течение последних четырехсот лет и пронизывающая все правовые государства и капиталистическую экономику. Разве что роль Марса в этой традиции выполняет законодательство, создающее пространства, внутри которых можно беспрепятственно мечтать об уединении».

Немецкую исследовательницу не удовлетворяет понимание свободы, предложенное из либеральной перспективы. Она приглашает читателя посмотреть на свободу через категорию времени, не скрывая от него, что представить себе время намного сложнее, чем пространство.

Вернусь к разговору о том, что свобода в понимании Евы фон Редекер учитывает природу. «Знаете ли вы, каково это, когда возвращаются ласточки?» — таким вопрошанием завершается последняя глава ее книги, такой же вопрос ждет читателя и в начале. Работа немецкой исследовательницы начинается и заканчивается упоминанием ласточек. Эта птица важна для книги — и неспроста помещена на ее обложку.

Ева фон Редекер начинает свою книгу с рассказа о том, что для многих знакомых ей людей прилет ласточек в привычные места обитания — праздник, сопоставимый с Рождеством. Этих птиц ждут. Обычный фермер держит окошко сарая открытым, чтобы они могли беспрепятственно влетать и вылетать, а, например, садоводы лепят искусственные гнезда из глины, чтобы домики ласточек не перегревались из-за раскалившейся на солнце жестяной кровли.

Авторка отмечает, что жизнь ласточек зависит от окружающего их мира, в том числе — от людей. Наши постройки эти птички признают наиболее пригодными для проживания. Насекомые, живущие в отходах нашей жизнедеятельности, являются для них излюбленной пищей. Из-за исчезновения насекомых ласточки умирают от голода, а из-за продолжительной засухи они не строят гнезда, потому что для этого нужны лужи.

Не только ласточки, но и — шире — вся природа значима для Евы фон Редекер в ее рассуждениях о свободе. «Экологическая свобода означает, что мы должны дать время чему-то живому. <…> Больше жизни — значит больше свободы» — так, например, пишет немецкая исследовательница в главе «Время изобилия». 

Книга Евы фон Редекер — личная. Рассуждая о теме смерти, она рассказывает о Ютте — дорогому ее сердцу человеке. Ютта была инвалидом и «совершенно открыто говорила о смерти». Второй человек, которого она упоминает в своих рассуждениях о смерти, — ее отец. В сорок один год у него обнаружили неизлечимую форму рака.

Тема смерти зачастую банальна, но я бы хотел обратить на нее внимание, подсветить ее и призвать читателей задуматься о ней. Расскажу историю. На одной из моих работ коллега в разговоре с шефом упомянул, что не пойдет на похороны человека, которого мой коллега знал. Формулировка была примерно такой: «Все это тяжело, мрачно и печально, не хочу появляться на таких мероприятиях». Мой шеф не поддержал его, указав, что вообще-то смерть и похороны — часть нашей жизни, к которой нужно относиться с вниманием. Об этом я вспомнил, когда читал следующий отрывок книги Евы фон Редекер:

«Если в нашей повседневной жизни речь заходит о смерти, нередко возникает неприятное ощущение, как будто прозвучало что-то непристойное. Следует неловкое молчание — или, наоборот, неудержимый словесный поток, который лишь указывает на то, что говорящий не принимает собственную смертность. Звучат пустые слова, избитые фразы, необдуманные советы. Либо молчание перерастает в настоящий ужас. Упоминание о том, что близкий человек смертельно болен или лежит при смерти, воспринимается как инфернальный каминг-аут. Как и в случае с обычным каминг-аутом, мы совершаем его не столько из-за потребности чем-то поделиться, сколько из стремления сохранить минимальную логическую связность своих высказываний. Хочется просто иметь возможность наконец сказать правду, когда кто-то спрашивает: „Где ты был на выходных?“ или „Как поживают твои родители?“. Умирают. Это звучит так глупо. И в то же время эта участь ждет каждого из нас».

Авторка обращается к теме смерти в своих рассуждениях о свободе. Например, она отмечает, что если продолжительность жизни является начальной точкой свободы, то смерть обойти не удастся. Исследовательница также пишет:

«Если рассматривать свободу с точки зрения времени, это в первую очередь означает, что те, кто проживет дольше, будут обладать большей свободой. Разве может быть иначе? Чем дольше мы будем в состоянии выполнять определенные задачи, тем больше степень нашей свободы. <…> Таким образом, для начала необходимо просто иметь возможность остаться, но на этом все не заканчивается. Жизнь становится свободной, когда ее можно познавать через пребывание во времени, а не превращать в бесконечную борьбу со смертью».

Вернусь ко времени — категории, через которую Ева фон Редекер переосмысляет свободу. В книге она задается вопросом: «Возможно ли мыслить, чувствовать и требовать свободу с точки зрения времени?».

Мне представляется очень важным, что в связи с категорией времени она говорит о будущем. Подраздел «Будущая свобода» немецкий философ начинает так:

«В своем знаменательном решении от 24 марта 2021 года Федеральный конституционный суд Германии постановил, что отсрочки в принятии мер по защите климата нарушают права человека. Если мы ничего не предпримем сейчас, следующему поколению придется столкнуться с еще более суровыми ограничениями».

Этот подраздел натолкнул меня на мысли о реальности, в которой мы сегодня живем. Как те ограничения, которые мы сегодня наблюдаем, повлияют на судьбу будущих россиян, на их свободу? К чему приведут репрессии в отношении термина «гендер»? Будут ли выпускники российских школ через десять лет знать о существовании Liberal Arts? Вопросы можно продолжать, и у каждого они будут свои.

Отдельно, конечно, хочется поговорить о судьбе литературы. О чем-то писать сегодня нельзя, о чем-то — проблематично (например), а что-то убирают с книжных полок. К чему это приведет в будущем?

Кстати, государственная власть уже задумалось о перспективе, о чем недавно сообщали некоторые СМИ. Например, «Коммерсант» 2 сентября написал:

«Минцифры обсуждает с Минюстом, МВД и администрацией президента варианты юридической легализации книг нежелательных организаций и иноагентов, которые были изданы еще до получения этих статусов».

А в чем дело? The Blueprint объясняет:

«При буквальном соблюдении действующих законов муниципальным учреждениям придется изъять из общего доступа 50–70% своего фонда, а научным библиотекам — 10–15%».

Для меня остается открытым вопрос, как через десять лет в России говорить и на каком языке рассуждать, например, о тех людях, чье понимание любви отличается от мейнстримного. Или как писать о людях, которые предпочитают раскладывать карты, но не те, что самые популярные и классические, а другие (и это не UNO и не банковские!). 

Книга Евы фон Редекер заставляет задуматься о некоторых ключевых для человека темах, в первую очередь — о свободе. Чтение ее книги — не самая легкая задача и требует определенных усилий, но, как по мне, они того стоят. В наш неспокойный и стремительно меняющейся мир работа немецкой исследовательницы вписывается удачно, заставляя задуматься о вопросах, которыми пропитан наш воздух.

Чтение этой книги для меня было особенным. Разрыв связок голеностопа значительно урезал мою мобильность, и я с завистью и грустью смотрел в окно на свободно передвигающихся людей. Но свобода, о которой пишет Ева фон Редекер — гораздо шире и глубже той, о которой говорю я. О ней я также размышлял, к этому приглашаю и вас. Прочитайте эту книгу и сделайте собственные выводы.  

Рецензию я хочу закончить словами Евы фон Редекер, но прежде — слова благодарности издательству «Индивидуум» за выпуск столь важной книги в столь нужное время, а Феликсу Сандалову* — за то, что много сделал для этого издательства.

Итак, слово Еве фон Редекер:

«Мы не выбирали, на какой планете жить, но свобода заключается не в том, чтобы с нее сбежать, а в том, чтобы отыскать на ней обогащающие отношения».