Экзамен

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

* * *

С. Мукерджи

Экзамен

The Examination Paper by S. Mukerji (1914)

Перевод Софии Корсаковой

 * * *

В эту историю я верю. Разумеется, она случилась не со мной, но ее с необычайной точностью повторило такое количество свидетелей, что не поверить в нее нельзя.

***

Произошла она в медицинском колледже Калькутты.

Там учился студент из Дакки, столицы Восточной Бенгалии. Назовем его Джогеш.

Джогеш был обаятельный молодой человек лет двадцати четырех. На столе в общежитии у него стояла фотография жены. На вид ей было лет пятнадцать, и Джогеш явно в ней души не чаял. Он много рассказывал о ее талантах, в которые мы — другие студенты его курса — верили, и еще больше о тех, в которые мы поверить не могли. К примеру, мы верили, что она может приготовить отменный ужин, ведь в этом не было ничего удивительного для бенгальской девушки ее возраста.

Джогеш утверждал также, что она владеет оккультными науками и каждую ночь устанавливает с ним связь. Выйдя из своей комнаты поутру, он говорил, что ночью его посещала жена и сказала ему то или это. Мы, разумеется, ему не верили, но, поскольку Джогеш был очень ранимым, никак не высказывали свои сомнения в его присутствии. Но все же одно примечательное событие пробудило наше любопытство.

Как-то утром Джогеш с грустью сообщил нам, что его отец заболел. По его словам, жена рассказала ему об этом ночью. Тогда мы не придали этому значения, но около десяти часов пришла телеграмма (мы, конечно же, ее перехватили), которая извещала, что отец Джогеша действительно болен.

На следующее утро Джогеш обвинил нас в том, что мы перехватили его телеграмму. Мы решили, что, должно быть, кто-то из нас проговорился, ведь когда пришла телеграмма, нас было с полдюжины.

Отец Джогеша выздоровел, и мы забыли об этом случае.

Потом пришла пора итоговых экзаменов.

Все знали, что слабым местом Джогеша была Materia Medica*, так что мы предложили ему спросить у жены во время одного из ночных посещений, какие вопросы нам выпадут.

После долгих раздумий Джогеш согласился узнать у жены вопросы за ночь до экзамена.

Наконец долгожданная ночь наступила. Когда наутро Джогеш вышел из комнаты, мы с нетерпением стали спрашивать, что сказала его жена.

— Она назвала вопросы, — с грустным видом проговорил Джогеш, — но сказала, что никогда больше не будет навещать меня здесь.

Нам же самим не терпелось взглянуть на вопросы. Джогеш записал их на задней сторонке театральной программки (или рекламного проспекта — уже не помню) и показал их нам. Одиннадцать вопросов — и все похожи на то, что мог бы спросить майор N, наш экзаменатор. Несмотря на скептицизм, мы переписали вопросы и даже выучили ответы, ведь дел было всего на час. И не пожалели.

Когда раздали экзаменационные билеты, мы обнаружили, что все вопросы в точности соответствуют тем, которые мы прочли с утра и ответы на которые подготовили пару часов назад.

Об этом стало известно руководству колледжа, которое полностью состояло из британских джентльменов. Наши одиннадцать работ были проверены и перепроверены, после чего Джогеша вызвали к директору колледжа, полковнику M, чтобы узнать, правдивы ли слухи, но Джогеш мудро воздержался от ответа; в конце концов полковник заключил, что все это чепуха и одиннадцать студентов отлично знают Materia Medica. Ведь это он, полковник, преподавал им этот предмет и, по его словам, гордился всеми одиннадцатью студентами. Десять студентов, в свою очередь, гордились Джогешем и его женой-спиритом. Было решено собрать денежный взнос и купить ей золотое ожерелье, скромный подарок в знак уважения и благодарности со стороны признательных друзей, что и было исполнено.

Теперь Джогеш — дипломированный врач, как и остальные десять студентов, сдавшие Materia Medica.

После того ночного посещения у жены Джогеша началось воспаление мозга, и какое-то время ее жизнь была под угрозой, о чем мы все сожалели. Но, слава богу, после долгой и изнуряющей болезни она пришла в себя; тогда мы и послали ей ожерелье.

Впоследствии Джогеш рассказал нам, что жена подарила ему индийский медальон на цепочке и велела надевать его всякий раз, когда он захочет с ней поговорить. Как только он застегивал цепочку на шее, то сразу же впадал в состояние, схожее с трансом, и видел перед собой жену. Джогеш не мог толком сказать, была ли то она сама или всего лишь ее дух, потому что во время ее посещений он не мог к ней прикоснуться, как и подняться с кровати или стула. В тот раз она умоляла его не заставлять ее называть вопросы. Однако он настоял на своем, и она продиктовала ему экзаменационные билеты, будто знала их наизусть. У него под рукой была лишь театральная программка, куда он и записал их, не доверяя собственной памяти. Перед уходом жена подошла к нему, расстегнула верхние пуговицы его курты (туземной рубашки), сняла медальон с цепочки, на которой он висел, и мгновенно исчезла. Цепочка, разумеется, осталась у Джогеша на шее. После той знаменательной ночи жена больше не посещала Джогеша, пока тот учился в Калькутте.

Когда же он встретился с ней в Дакке, она отказалась обсуждать с ним произошедшее. Тайна так и осталась неразгаданной.

***

К слову о вопросах и ответах, однажды я стал свидетелем необычного происшествия.

Когда я учился в колледже, нас посетил некий магометанский медиум.

Все студенты собрались в гостиной общежития, служившей также библиотекой, когда вошел человек и представился профессиональным медиумом. Его спросили, может ли он показать нам нечто невероятное и в то же время убедительное. Он согласился и попросил отыскать круглый чайный столик на трех крепких ножках. Когда мы это сделали, он попросил двоих из нас сесть с ним, положить ладони на столешницу и подумать о ком-то из умерших. Мы вспомнили об одном из наших покойных друзей. Просидев пять минут в таком положении, мы услышали стук. И решили, что это медиум ударил по ножке чайного столика рядом с собой.

— Дух явился к нам, — сказал медиум.

— Как нам в этом убедиться?

— Задайте ему вопрос, и он даст ответ, — сказал медиум.

Тогда мы спросили, сколько студентов сдаст выпускные экзамены и получит диплом в этом году.

— Дух, — сказал медиум, — стукни раз, если названный студент сдаст экзамены, если провалится — стукни дважды.

Затем он обратился к остальным студентам:

— Убедитесь сами, что я не касаюсь ножки стола.

Полдюжины студентов уселись на пол, чтоб следить за ногами медиума.

При упоминании каждого имени раздавался один или два стука, пока не были названы все присутствующие.

— Мы сможем узнать, правда это или нет, лишь спустя три месяца, — отметил я.

— Сколько рупий у меня в кармане? — спросил один из зрителей.

Послышалось три отчетливых стука — и ровно три рупии были обнаружены в кошельке студента.

Мы задали еще несколько вопросов, ответы на которые последовали незамедлительно: стуки «да» и «нет».

Затем медиум предложил одному из студентов записать на листке цитату из Шекспира и попросил духа ее отгадать.

— Стукни один раз, когда будет названа нужная пьеса, — сказал медиум, торжественно обращаясь к духу.

— «Гамлет»?

Нет ответа.

— «Король Лир»?

Нет ответа.

— «Венецианский купец»?

Нет ответа.

— «Макбет»?

Один громкий стук.

— Значит, «Макбет», — сказал медиум. — Теперь укажи акт.

— Первый?

Нет ответа.

— Второй?

Нет ответа.

— Третий?

Нет ответа.

— Четвертый?

Нет ответа.

— Пятый?

Один громкий стук.

— Первая сцена?

Нет ответа.

— Вторая сцена?

Нет ответа.

— Третья сцена.

Один громкий стук.

— Осталось определить строку, — сказал медиум. — Первая — вторая — третья — … — тридцать девятая.

Нет ответа.

— Сороковая?

Один громкий стук.

— Сорок первая?

Один громкий стук.

— Сорок вторая?

Один громкий стук.

— Сорок третья?

Один громкий стук.

— Сорок четвертая?

Один громкий стук.

— Сорок пятая?

Один громкий стук.

— Сорок шестая?

Нет ответа.

Мы тут же раздобыли томик «Макбета» и отыскали в нем V акт, III сцену, 40-ю строку: 

Ты можешь исцелить болящий разум,
Из памяти с корнями вырвать скорбь,
Стереть в мозгу начертанную смуту
И сладостным каким-нибудь дурманом
Очистить грудь от пагубного груза,
Давящего на сердце?*

Вот что мы там прочли.

Студента попросили продемонстрировать свой листок, — на нем оказалась та же цитата.

Затем медиум попросил нас убрать руки со стола и сам поступил так же: «Дух нас покинул».

Мы смотрели друг на друга в немом изумлении.

Впоследствии мы устроили медиуму большое представление, которое имело колоссальный успех.

Нашему взору открылось множество необъяснимых явлений, перечислить которые не представляется возможным. Наши товарищи, сидевшие на полу и наблюдавшие за движениями медиума, заверили нас, что он даже не коснулся ножки стола.

Невероятные свершения этого человека — медиума, телепата и астролога в одном лице — так и остались для нас неразрешимой тайной.

Об авторе

С. Мукерджи (нач. XX в.) — загадочный автор, о личности которого практически ничего не известно. По всей видимости, жил и работал в Британской Индии в годы перед Первой мировой войны и тогда же написал два своих единственных произведения — по крайней мере, под этим именем: «Таинственных торговцев» (1913, The Mysterious Traders), трехчастный детектив о компании пяти Робин Гудов — американцев, грабивших лондонских джентри, и «Индийские рассказы о привидениях» (1914, Indian Ghost Stories), двенадцать историй о сверхъестественном в контексте колониальной Индии. Издавался Мукерджи в аллахабадском издательстве A. H. Wheeler & Co., которое имело монополию на продажу книг при железных дорогах и в 1888–1894 гг. по инициативе Р. Киплинга выпускало популярную серию «Индийской железнодорожной библиотеки» в виде небольших дешевых брошюр.

«Индийские рассказы» выдержали четыре переиздания. Лаконичная, деловитая, порой почти протокольная манера изложения, а также частые отсылки к Шекспиру выдают в Мукерджи начитанного и образованного человека — и, вероятно, несмотря на индийский псевдоним, английского джентльмена, впрочем глубоко погруженного в индийскую культуру. Так ли было на самом деле? Предлагаем читателю составить свое мнение на этот счет и познакомиться с двумя историями из этого сборника (второй из них будет опубликован на «Горьком» через неделю).