В Италии надо жить долго

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Федор Чижов. Моя пленительная Италия. Очерки, письма, дневники. СПб.: Алетейя, 2026. Содержание

Федор Васильевич Чижов известен в истории России XIX века как финансист, промышленник, один из пионеров строительства железных дорог, меценат, один из деятелей кружка московских славянофилов. Вышедшая в Санкт-Петербурге книга представляет читателю Чижова как путешественника по Италии, влюбленного в ее культуру.

Федор Васильевич Чижов родился в 1811 году в Костромской губернии в небогатой дворянской семье. Семья смогла отправить его учиться сначала в Костромскую гимназию, затем в Петербургскую гимназию, а после — в Петербургский университет на физико-математический факультет, который он окончил в 1832 году. По окончании учебы получил должность адъюнкт-профессора и стал готовиться к защите диссертации. Одновременно читал в университете различные курсы по алгебре и геометрии и написал несколько научных работ по математике и механике. В 1836 году после защиты диссертации получил степень магистра философии. В эти же годы его интересы не ограничивались математикой: он много читал гуманитарной литературы. В 1839 году выпустил перевод работы Галлама «История европейской литературы в XV–XVI столетиях», который был хорошо принят критикой. Несмотря на эти успехи, жизнь столичного ученого начала тяготить его. По свидетельству И. С. Аксакова, хорошо знавшего Чижова: «Его влекла к себе жизнь, знакомство с людьми; ему нужно было применить к живому делу богатый запас воли и нравственной власти и утолить потребности своего сильного художественного инстинкта». Все это подтолкнуло его к решению уволиться из университета и сосредоточиться на изучении истории искусства. В 1840 году он покинул университет, а вскоре уехал за границу в Италию, которая стала его главной любовью. Во время двух своих поездок за границу он прожил в Италии около семи лет. В Риме Чижов жил вместе с колонией русских художников и Н. В. Гоголем, в это время он особенно сблизился со знаменитым автором «Явления Христа народу» художником Александром Ивановым. В Италии Чижов глубоко погружается в изучение истории искусства, но этим его увлечение Италией не ограничивается. Федор Васильевич открывает для себя различные стороны итальянской жизни середины XIX века. Он хорошо изучил перипетии итальянской экономической и политической жизни того времени и на основании своих занятий написал несколько статей, которые были опубликованы в «Санкт-Петербургских ведомостях» под названием «Письма к редактору». «В этих письмах Чижов, помимо описания местностей и событий, как опытный путешественник дает ценные практические советы всем выезжающим за границу соотечественникам, желая обезопасить их от лишних денежных трат, научить, как и на чем можно сэкономить, как распознать вымогателей и как с ними обращаться» (с. 508). На страницах газеты появились только три из планировавшихся восьми писем. Остальные не были опубликованы.

Составители данного издания поставили перед собой задачу познакомить современного читателя с работами Чижова об Италии. В соответствии с этим замыслом книга разделена на следующие разделы: очерки, письма, рецензии, дневники, архивные документы. В последнем разделе опубликована статья Федора Васильевича из «Чтений Общества истории и древностей Российских» за 1846 год. Почему публикация из периодического издания отнесена к архивным документам, а обширные фрагменты неопубликованных дневников, хранящихся в Отделе рукописей Российской государственной библиотеки, к таковым не относятся, мне непонятно.

Собранные в книге очерки раскрывают еще одну сторону личности Федора Васильевича Чижова — талантливого и самобытного историка искусства. Очерк «Джованни Анджелико Фиезолийский» об итальянском живописце XV века стал первой подробной работой на русском языке об этом художнике. О своем герое и его работах он писал с большой любовью: «Святость представления, чистота понимания, неописуемая прелесть подробностей, спокойствие и художественная высота исполнения, несмотря на частые и значительные недостатки до того поражают всякого внимательно смотрящего на картины и фрески Фра Джованни Анджелико, что он не может понять, каким образом такой великий художник мог оставаться почти что совершенно забытым в продолжении слишком двух столетий» (с. 33). Главные фигуры следующего очерка «Русские художники в Риме» — живописцы, отправленные Императорской Академией художеств в «вечный город». Здесь уделено достаточно внимания не только художникам, но и художественной жизни Рима: «Рим полон искусства; нет улицы, где не было бы множества мастерских разного рода; одних живописцев более тысячи, потом сколько скульпторов, граверов, мозаистов, не говоря об архитекторах, которых кабинетные труды всего менее являются на суд общественный. Если случится мне остаться в нем подолее, я постараюсь исследовать все стороны его настоящей деятельности и передать вам мои наблюдения над ходом искусства и вообще над его настоящей художественной жизнью» (с. 123–124). Составной частью местной художественной жизни он считал творчество русских художников, проживавших в Риме. В очерке автор рассказывает о работах Бруни, Иванова, Гаверцеттеля, Иордана, Пищалкина, Каневского, Завьялова, Шамшина, Тыранова, Орлова, Скотти, Штернберга, Айвазовского, братьев Чернецовых, Фрикка, братьев Эльсонов, Воробьева, Пименова, Логановского, Щурупова, Ставассера. Если первый очерк о работах русских художников в Риме был опубликован в 1842 г., то продолжающее его тематику «Письмо о работах русских художников в Риме» увидело свет в 1846 г. В книге представлена интересная работа Чижова «Овербек», рассказывающая о влиянии Италии на творчество немецкого живописца.

В отличие от работ по истории искусства очерк «Прощание с Франциею и Женева» представляет собой законченную часть традиционных путевых записок. В этом тексте Чижов осмысляет свои впечатления от Франции, в которой он прожил несколько месяцев и которая не произвела на него такого благоприятного впечатления, как Италия. «Я с восторгом оставлял Париж, считал часы и дни, когда я снова буду в моей пленительной Италии; мне было душно, сыро, холодно, небо казалось серо, воздух пасмурен, солнца я почти не видел целое лето. Я всем был недоволен. Почему? Не могу определить себе» (с. 255). Размышляя о том, почему ему не понравилось во Франции, Ф. В. предположил: возможно, причина в том, что все увиденные им во Франции города были всего лишь предместьями Парижа. «И перед арльским водопроводом, и перед нимским четвероугольным домом, и пред исполинским мостом pont du Gard, и пред остатками средневекового величия папской жизни в Авиньоне, и пред тихими водами Воклюзского ключа, и пред десятками прекрасных готических соборов, везде вы слышите и чувствуете, что вы на дороге к Парижу, и поэтому, разумеется, везде вы мимоходом» (с. 258). В Париже ему не понравились самые разные стороны городской жизни, будь то постоянный городской шум или то, что ему постоянно на глаза попадались читающие парижане: «Я в тысячу раз охотнее выбрал бы недостаток чтения, нежели излишество. Даже право вряд ли не лучше ли совсем не читать, нежели отдавать всего себя печатному. При недостатке чтения есть свобода мышлению, сохраняется его самостоятельность, и, что всего важнее, на мышление не возлагается излишних, часто не сносимых им тяжестей. Правда, с этим неразлучно медленное развитие, зато развитие основательное, при котором постоянно поддерживается равновесие между умом и сердцем, укрепляется взаимная их дружба и взаимное их уважение» (с. 258–259). Автор призывает новых путешественников смотреть на Париж как на постоянный бал, и при таком взгляде столица Франции не может не нравиться тем, кто посещает ее ради собственного удовольствия, а не с определенной целью. Ему не нравятся дорогие обеды в Париже. Он сравнивает их с едой в Италии, где щедрая природа обеспечивает и богачу, и бедняку обильный и дешевый обеденный стол. Тема сравнения художественного творчества в разных странах занимает важное место в очерке: «Дело в том, что все-таки Париж очень и очень неприятная обитель для художников. Рим, один тихий, отживший Рим в состоянии ввести душу в прошедшее; развалины его оживляют умершую историю, самая его безответность на настоящие вопросы жизни, как гробовое молчание могилы, заставляет биться сердце сильнее обыкновенного и высказываться яркими, живыми воспоминаниями» (с. 268). Пишет Чижов и о негативных сторонах итальянской действительности: «Там взятки таможенных сборщиков принимают вид прошения милости; к тому же общественное мнение, давняя привычка и открытость до того ввели таможенное подаяние в общее употребление, что она как будто сделалась уже законной» (с. 274). Понимая, что данная сторона итальянских нравов не нравится читателям, он добавляет, что эта практика сильно вредит Италии в глазах иностранных путешественников. В данном очерке есть не только сравнение Франции и Италии, но и сравнение отдельных сторон жизни Европы и России. «Не хотите в театр — сотни кабинетов для чтения, потом балы, собрания; для молодежи балы общественные. Небольшие приятельские беседы, известные под именем дружеских сходок, дружеских обществ; дружеских потому, что в Париже, как и вообще в Западной Европе, нет разницы между другом и приятелем» (с. 262).

К путевым очеркам относятся и письма к редактору «Санкт-Петербургских ведомостей» «Из Рима в Петербург». В них Федор Васильевич дает новым путешественникам целый ряд практических советов, основанных на собственном опыте. До эпохи железных дорог у русских путешественников в Европу часто вставал вопрос — как ехать: морским путем или по суше. Чижов отвечал на него следующим образом: «Я на море обыкновенно бываю болен, и потому, исключая крайней необходимости, всегда предпочитаю сухопутное путешествие: тут самая дикость страны, ненаселенность, необработанность — все знакомит вас с ней и наводит ум на вопросы; к тому же и то сказать, что в какой хотите дикой стране нельзя не встретить по местам чего-нибудь приятного для глаза» (с. 315). Стремясь предостеречь соотечественников от любви останавливаться за границей в роскошных гостиницах (он их называет трактирами), Чижов призывает обращать больше внимания на трактиры среднего уровня: «Они чисты, обыкновенно хорошо убраны, без роскоши и позволяют наперед осведомиться о всех издержках, то есть дают вам возможность жить так, как вы хотите. Для такого рода путешественников, для которых я пишу, художников и вообще людей небогатых, средняя цена за комнату от франка (25 коп. сер.) до полутора франков в сутки; в Англии говорят дороже, но я там не бывал» (с. 297). Также он отмечает, что постельное белье везде, кроме Польши, включено в цену комнаты. В следующем письме рассказывает, как грамотно и с наименьшими финансовыми издержками путешествовать по Италии. В этом случае нельзя обойтись без печатного путеводителя и чичероне: «Они народ нужный для приезжего: но надобно уметь с ними обходиться; именно нанять его наперед за известную плату, франка два в день или около того, и или осматривать с ним город и еще, разумеется, с печатным путеводителем, или посылать его за определенными посылками, никак ему не вверяться ни в чем» (с. 304). Он рекомендует будущим путешественникам по Италии пользоваться услугами вольных перевозчиков, а не конторами дилижансов. Независимые перевозчики ездят медленнее, чаще останавливаются, но зато у их пассажира есть возможность лучше узнать страну.

В разделе рецензий представлены критические отклики Федора Васильевича на работу А. Н. Андреева «Живопись и живописцы главнейших европейских школ» и на «Римские письма» А. Н. Муравьева.

Наибольшее значение из всех представленных в книге публикаций документального наследия Чижова имеют фрагменты его «Дневника». Федор Васильевич вел дневник с 1825 по 1877 год. До настоящего времени этот дневник полностью не опубликован. В настоящем издании представлены дневниковые записи, сделанные им в Италии в периоды с 1842 по 1848 год и с 1850 по 1856 год. В поденных записях встречается фиксация повседневных занятий Чижова в Италии, упоминания о прочитанных книгах, а также размышления на религиозные и личные темы. Эта публикация является еще одним шагом к изданию всего текста дневника, которое когда-нибудь будет осуществлено.

Завершает издание публикация небольшой статьи «Россия и Венецианская республика».