Создатель бога боли

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность. Информация о наркотических средствах, психотропных веществах и их аналогах носит исключительно информационный характер и не является пропагандой их употребления.

21 февраля 2026 года умер Дэн Симмонс, один из самых литературоцентричных фантастов, по первому образованию — школьный учитель. Его отличали не только серьезный гуманитарный кругозор, но и редкая смелость в выборе жанров — от хоррора, мистических триллеров и нуаров до новаторской фантастики и эпических космофанфиков по «Илиаде» и Шекспиру. Такое тематическое и жанровое разнообразие принесло Симмонсу и премии, и любовь читателей. 

Урожай наград Дэна Симмонса впечатляет: от премии «Хьюго», самой престижной награды в области научной фантастики, до двух Всемирных премий фэнтези, трех премий Брэма Стокера за ужасы, десятка премий «Локус» и премии Ширли Джексон. Его произведения переведены как минимум на 20 языков и изданы в 28 странах.

При этом человек, подаривший миру зловещую фигуру бога боли Шрайка, вел спокойную семейную жизнь вдалеке от фандома. Получив степень бакалавра по специальности «Английская литература» в колледже, а затем и магистра в Вашингтонском университете, Симмонс достаточно долго занимался преподаванием. Он обучал одаренных детей и даже был признан «Учителем года». Симмонс бросил это занятие, лишь получив Всемирную премию фэнтези за дебютный роман. 

Любопытно, что успех Дэна Симмонса, как и у многих других значимых американских фантастов, начался с рассказов. Старт его карьере положил фантаст Харлан Эллисон, которого никому не известный учитель из глубинки буквально потряс историей «Стикс течет вспять» на семинаре для молодых авторов. Пораженный Эллисон сказал, что это текст настоящего писателя, потому что в нем живет настоящая музыка. 

Во вступлении к сборнику Симмонса «Молитвы разбитому камню» Эллисон написал, что все, что он делал в жизни, постепенно забудется, но то, что он открыл миру Дэна Симмонса, — нет. В итоге Эллисон даже одолжил Симмонсу своего литературного агента, — и талантливый новичок с лихвой оправдал ожидания. 

«Песнь Кали»

«Песнь Кали» (1985) — дебют Симмонса, сразу же принесший ему Всемирную премию фэнтези и «Локус». Это галлюцинаторный роман о погружении во тьму. 

Молодой журналист Лузак узнает, что пропавший много лет назад и считавшийся мертвым индийский поэт Дас объявился в Калькутте и выпустил новую поэму. Вместе с семьей герой приезжает в Калькутту. Но простое задание редакции оборачивается погружением Лузака в мир жестокий, мистический и непонятный непосвященным, ведь в Калькутте находится Калигхат, здесь живут служители кровавой богини Кали. В погоне за Дасом Лузак спускается в океан грязи и страдания. 

Симмонс специально создает демонический образ старой Калькутты, выбрав мрачный исторический период, и она выходит устрашающей, нищей, жаркой, непредсказуемой, запутывающей, жестокой — и невероятно зримой. Он использует эпиграфы, отсылая к творчеству поэтов, чьи фигуры также «работают» на общее впечатление.

Например, Тушар Рой, называющий Калькутту «шлюхой, мочащейся фресками», вполне бодлеровская фигура. Он играл с собственной судьбой, бродя спиной вперед по опасным улицам в попытках суицида, но умер от цирроза и перебора с опием. Мне «Песнь Кали» напоминает «Территорию тьмы» Видиадхара Сураджпрасада Найпола (1964), в которой англичанин индийского происхождения возвращается на родину — и ужасается ей. 

Уже в этом дебютном тексте проявилась любовь Симмонса к литературным аллюзиям, отличающая большую часть его текстов, — в фантастике он полемизирует с известными поэтами и писателями или напрямую отсылает читателя к их творчеству. В «Песни Кали» такой фигурой стал Рабиндранат Тагор, автор знаменитого сборника «Гитанджали» («Песнопения»). 

Вопрос, чья песнь сильнее — песнь жизни или разрушительная песнь Кали, — и занимает Симмонса в этом тексте. Тагор воплощает близкое к суфийскому опьянение каждым мигом бытия, вымышленный поэт Дас — лишение иллюзий, разрушение, смерть. «Храм» Тагора, где ищет убежища герой, оказывается пустышкой, и Лузак терпит поражение, не выдерживая испытания ужасом. Но Симмонс позволяет ему оправиться от пережитого, а читателю — самостоятельно выбрать, какая песнь сильнее.

Для фэнтези заявка очень сильная. 

«Гиперион»

Спустя четыре года Симмонс написал свой главный роман, завоевавший ему премию Хьюго и ставший любимым для нескольких поколений ценителей фантастики. «Гиперион» — золотая классика интеллектуальной космооперы, отчасти повторяющая структуру «Кентерберийских рассказов» средневекового английского поэта Джеффри Чосера. Это впечатляющий текст, который прекрасно читается вне зависимости от эрудиции читателя. 

Действие романа разворачивается в огромной вселенной из населенных людьми миров, где все сюжетные линии сходятся на захолустной планете Гиперион — там находится аномалия под названием Гробницы Времени. Планету, названную в честь незаконченной поэмы Китса, защищает непостижимый и чудовищный бог из лезвий Шрайк. Умеющий управлять временем, он насаживает попавшихся ему путников на шипы Древа Боли, причиняя невыносимые муки.

Несмотря на это, на Гиперион направляется несколько паломников разных профессий. Каждого ведет мечта, надежда, травма, необходимость или граничащее с патологией любопытство. В итоге в группе оказываются солдат, католический священник, детектив, поэт, ученый и консул, каждый со своей тайной, историей, особенностями происхождения, что позволяет Симмонсу не только поиграть с жанрами, но и дать панораму жизни межзвездной системы с разных углов.

Причина, ведущая каждого из персонажей на Гиперион, довольно феерическая, а в одной из сюжетных линий Симмонс клонирует Джона Китса, ни в чем себе не отказывая. Отдельно «Гиперион» впечатляет тем, как ненавязчиво и щедро Симмонс разбрасывает по тексту научно-фантастические идеи, любой из которых иным хватило бы на отдельный роман. 

«Гиперион» вполне можно рассматривать и как демонстрацию череды популярных научно-фантастических жанров, которыми Симмонс блестяще владеет, — от киберпанкового нуара до классической космооперы. Но для читателя это просто увлекательный текст, заставляющий воображать разряды тесла-деревьев и идущего на горизонте гигантского монстра из лезвий. Одна из самых крупных удач Симмонса здесь — это сам Шрайк: для кого-то ставший жестокой музой, для кого-то — вызовом, но для каждого — болезненным и жутким испытанием. 

Не могу не упомянуть забавный штрих: помимо своих любимых авторов и в больших объемах Китса, Симмонс тут один раз неожиданно цитирует Гэсса, автора «Тоннеля».

После того как «Гиперион» снискал крупный успех, Дэн Симмонс расширил его в цикл. «Падение Гипериона» можно считать отдельной длинной главой, сиквелом к «Гипериону», а «Эндимион» и «Восход Эндимиона» рассказывают о падении империи. Но если по поводу этих продолжений мнения читателей разделились, то сам «Гиперион» безоговорочно вошел в сотню лучших научно-фантастических романов. 

«Террор»

Один из самых популярных текстов Симмонса родился из реальной истории исчезновения арктической экспедиции Франклина 1845–1848 годов, во время которой два корабля, «Террор» и «Эребус», искали Северо-Западный проход из Атлантического океана в Тихий. Исследователи следов этого предприятия Гейгер и Битти, изложившие свои выводы в книге «Загадка пропавшей экспедиции», сочли, что участники плавания погибли из-за отравления свинцом, содержавшимся в некачественных банках с продовольствием, и голода. Обнаружили они и следы каннибализма. Симмонс же решил привнести в историю мистику. 

В истории про полярные экспедиции конфликт вшит изначально: это битва человека и суровой среды, борьба со снегом, льдами, холодом и недостатком припасов. Можно ничего не выдумывать, это страшно само по себе. И у человека, наделенного литературным талантом, каким был Дэн Симмонс, одно только это описание уже получилось бы очень зримым и ярким. Но автор «Террора» пошел дальше — и насытил текст отсылками к «Моби Дику» Германа Мелвилла и Эдгару По.

Сочетание отличной проработки деталей с изрядной долей фантазии принесли Симмонсу очередной успех. Сделан «Террор» очень дотошно: главные герои носят имена участников реальной экспедиции Франклина с сохранением основных биографических деталей, а повествование ведется преимущественно от лица капитана судна Крозье, организатора экспедиции Франклина и судового врача Гарри Гудсера, причем Симмонс умело конструирует его дневники. 

Неизвестная судьба экспедиции позволила Симмонсу развить линию общения моряков с эскимосами и добавить иррационального ужаса. Главным врагом матросов становится чудовище Туунбак, олицетворяющее жестокость Севера и эскимосские верования, и вскоре действие приходит к кровавой развязке, в которой экипаж убивают одновременно страх, голод и их спятивший товарищ Хикки.

Любопытно, что, как и в «Песне Кали», фантастический элемент в «Терроре» невелик и зависит от воображения читателя. Сам Симмонс говорил, что идея пришла к нему, когда он прочел книгу об экспедиции Роберта Скотта к южному полюсу — «Наперегонки к полюсу: трагедия, героизм и антарктическая экспедиция Скотта», но, оттолкнувшись от этой мысли, он пошел дальше — и изучил массу материалов про разные экспедиции, список которых приведен в конце «Террора».

«Друд, или Человек в черном» 

Невозможно дать полный обзор наследия Симмонса в рамках небольшого некролога, но эту его работу стоит хотя бы упомянуть.

В «Друде» литературная игра Симмонса с предшественниками вышла на первый план. Весь текст написан от лица реального английского писателя и драматурга Уилки Коллинза, автора «Женщины в белом», который пытается понять, что происходит с его приятелем и литературным соперником Чарльзом Диккенсом, начавшим вести себя странно после страшной железнодорожной катастрофы. Сотни пассажиров погибли, а Диккенсу явился устрашающий человек в черном и позвал к себе в гости. 

Название романа отсылает к незаконченному готическому детективу Диккенса «Тайна Эдвина Друда», и Симмонс поистине мастерски сплетает реальные факты и собственный вымысел, касаясь и соперничества двух литераторов, и опиумных притонов, упоминавшихся в незавершенном романе Диккенса. 

Любимец читателей, прославленный писатель Диккенс прекращает создавать бестселлеры и становится одержим Друдом. Он просит Коллинза помочь ему найти эту смертоносную фигуру, мастера гипноза и зловещего криминального авторитета. Изнуряюще жаркой летней ночью восторженный Диккенс вовлекает Уилки Коллинза в свои поиски, и оба писателя оказываются в самых зловонных трущобах города, кишащих нечистотами, головорезами и опиумными притонами. Дальше события окончательно запутываются, включая в себя разделанные трупы, культы египетских богов и каннибализм. 

Но вот беда, употребление лауданума не делает Коллинза надежным рассказчиком, свидетельствам которого можно верить. Безжалостно проходится Симмонс и по соперничеству в литературных кругах. В итоге читателю предстоит разобраться, спятил ли Диккенс, занявшись сомнительными делишками, как беспокоится Уилки Коллинз, или постепенно сам рассказчик сходит с ума от злоупотребления веществами. А может, Диккенс просто издевается над приятелем?

Разумеется, к этому сюжету прилагается множество отсылок к текстам и камео реальных личностей викторианской эпохи. На мой вкус, Симмонс делает из Уилки Коллинза слишком уж неприятного человека, и это опасная игра, но текст выходит у него достаточно интересным. Продолжит схожую линию Симмонс и в «Пятом сердце», взявшись за Шерлока Холмса.

Конечно, этот список и близко не исчерпывает все достойные упоминания работы Дэна Симмонса. За его рамками осталась гигантоманская фантастическая история о богоборчестве в разыгрываемой на Марсе «Илиаде» («Илион»), которую часть читателей обожает, а часть ненавидит; хоррор про детей в глубинке, где Симмонс вступает на территорию «Жизни мальчишки» Маккамона и Стивена Кинга («Лето ночи», «Дети ночи»); жуткий триллер про сверхспособности («Утеха падали»), шпионские триллеры и, конечно, замечательные сборники рассказов («Молитвы разбитому камню», «Сироты вечности»), за которые его так хвалил Эллисон. Словом, если вы любите необычную литературную фантастику и еще никогда не встречались с произведениями Дэна Симмонса, самое время с ними познакомиться.