Кошачья дружба Джейсона Стэтхэма

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Лев Яковлев. Про Кольку и Ваську. М.: Октопус, 2025

Лев Григорьевич Яковлев — писатель, который не только любит (любить-то мы все мастаки), но и умеет рассказывать анекдоты. Не зря же в течение нескольких лет он был главным редактором журнала «Вовочка и компания», в котором этот жанр процветал во всех формах и видах. А еще создал телепередачу «Детские анекдоты» и выпустил сборники «Штирлиц и Чапаев» и «Ох уж этот Вовочка!» с безбашенными рисунками Игоря Новикова.

Новая книга Льва Григорьевича «Про Кольку и Ваську» — тоже своего рода сборник анекдотов, правда абсурдистских. Короткие рассказы о двух закадычных друзьях изобилуют странными сюжетными поворотами, которые мало того что возникают невесть с чего, так еще и возмутительным образом никуда не ведут. Как, например, в истории «Крабовые палочки», где Колька решил прославиться, съев больше всех в мире крабовых палок, но накануне рекорда Васька увидел сон, в котором друг превращается в гигантского краба с человеческой «рыжей» улыбкой и в ужасе попросил Колю никаких палочек не есть.

Тут бы и начать ужастик в духе повестей Валерия Роньшина или фильма «Атака крабов-монстров» Роджера Кормана, но нет — Колька готов забыть о рекордах и славе, раз уж друг его об этом просит. Так что все, конец. Немного напоминает классическое:

«Однажды Пушкин стрелялся с Гоголем. Пушкин говорит:

— Стреляй первым ты.

— Как ты? Нет, я!

— Ах, я? Нет, ты!

Так и не стали стреляться».

Книга о том, как из чего-то выходит ничего, и только ничего и случается — уже неплохое дело. Но одна вещь у Кольки с Васькой все же происходит, причем на протяжении всей книжки — дружба. Причем не традиционая детлитовская, как у Гарри Поттера с Роном, а нежная и всепоглощающая, как у Лиса и Маленького принца.

Рассказ-завязка «Которая кусает и царапает» начинается традиционно: Колька уезжает на неделю на каникулы и просит Ваську последить за его дурно воспитанной и зловредной кошкой Нафаней. Мы уже ждем, что сейчас начнутся «Денискины рассказы»: кошка царапается, роняет вещи и убегает из дома, ее ищут всем двором, а потом приезжает Колька и… нет, ничего подобного.

Оставшись с Нафаней в наедине, Васька вдруг начинает воспринимать ее как аватар Кольки. Вот она свернулась клубком — так это же «Колька так делал. Один в один». 

Словом, происходит что-то совершенно непонятное с точки зрения бытовой логики, зато постижимое по смыслу: у пацанов не принято сюсюкать друг с другом, но выразить свои чувства к другу через кошку — вполне допустимо. Получается, Васька перенес неизрасходованные добрые эмоции на Нафаню, и так их было много, что кошка из бандитки превратилась в ласковое создание. Ну не красота?

Нечто похожее происходит в рассказе «Кокер-спаниель». Колька не знает, как объяснить Ваське, почему ему хочется, чтобы родители купили ему собаку именно этой породы, и выдает: «Без кокер-спаниеля, это… как без тебя».

К слову, дальше в рассказе начинается кошмарный сон наяву — родители после уговоров настойчивого сына видят реальность в «спаниельном» варианте:

«— Тебе не кажется, дорогой, что здесь висела фотография моих родителей? — спросила мама.

— Ну да, с грибами. В сосновом лесу.

— А теперь висит ЭТО!

Она имела в виду портрет золотистого кокер-спаниеля. В розовой рамке с сердечками. <…>

— Дорогой, а давай не будем открывать глаза?

— Попробовать можно.

Они вслепую добрались до кухни, ни на кого не наступив. Вслепую достали из холодильника молоко. Вслепую намазали на хлеб масло. Вслепую съели по бутерброду. И, взявшись за руки, подошли к окну. Только тут они открыли глаза. <…> По синему-синему небу плыло белое-белое облако. Позолоченное по бокам солнцем».

На облаке цвета спаниеля родители сломались и купили собаку — «золотистую, как счастье». По такому случаю проиллюстрировавшая книгу художница Надежда Богуславская разместила на странице несколько многозначительных «золотых» пятен.

Безоблачная дружба главных героев — дело опасное, так как способна вдохновить читателя на игру в храпки. Ребята это понимают и в рассказе «Тоска зеленая» приходят автору на помощь, решив нарочно поругаться. Если идеальная дружба способна на все, могут ли идеальные друзья устроить идеальную ссору? Пожалуй, только если Бог сумеет создать камень, который у него не получится поднять.

«— Все из-за тебя, — сказал Колька.

— Из-за меня?

— Из-за тебя, именно.

— Почему это из-за меня?

— Потому что ты мне все прощаешь».

Но могущество высших сил — не нашего с вами ума дело. Вероятно, именно эти силы отвлекают друзей от попыток сломать вселенную, послав им deus ex machina в виде старичка с палочкой, который начинает ходить за ними, прямо как в фильме «Оно приходит за тобой» 2014 года: вроде и не спеша, но всюду, где только можно.

Такая как будто чеховская экзистенциальщина: «Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком». Надо, чтобы за всеми счастливыми беззаботными молодыми людьми ходил пенсионер, монотонно постукивающий по земле клюкой. 

Чтобы юные читатели раньше времени не постарели, книга на этом эпизоде не кончается: там дальше еще много забавных диалогов и хороших глупостей. Друзья безуспешно пытаются понять, почему их приятель считает сусликов опаздывающими, и тут же забывают про это. Потом они создают ютуб-канал и поминают добрым словом Джейсона Стэтхэма. И в конце концов даже решаются по-братски обнять друг друга, но максимально брутально — поместив между собой железную бочку.

Хорошо быть юным читателем: потешили тебя как следует — и забыл ты про старичка с палочкой. Проблема в том, что Льва Яковлева наверняка будут читать и взрослые, которые знакомы с ним с детства. А взрослые про палочку забывать не умеют — они и без Яковлева про нее думают.

Так что, дорогие ребята, если вы решите открыть для себя «Про Кольку и Ваську», родителям на всякий случай их не показывайте. Старших надо беречь — иначе совсем головой поедут, как Колькины мама с папой. И будет у вас дома вот такое:

«— А вдруг болезнь приготовилась к прыжку? — предположила мама.

— Мы расслабимся, а она как прыгнет! — уточнил папа.

— Уничтожим ее в зародыше!

— И Клара Михайловна с нами согласна.

— Она звонила и спрашивала, почему ты отсутствовал на полугодовой контрольной по биологии.

— Хотела даже приехать.

— И провести контрольную на дому. Индивидуальную.

— Нет! — крикнул Колька.

— Вот и мы сказали: нет, Клара Михайловна!

— Сначала мы сделаем инъекцию питательного раствора.

— А потом уже приезжайте».

Страшнее только эпизод из «Сказки с подробностями» Григория Остера, в котором родители, впав в детство, уничтожают все вещи, которые есть в квартире. Смеяться над на первый взгляд веселым происшествием мешает исходящий от него вайб взаправдашней психопатологии.

В крайнем случае, чтобы родители потеряли бдительность, расскажите им об аллюзиях на «Шляпу волшебника» Туве Янссон и на «Три повести о Малыше и Карлсоне». Да, они в «Кольке и Ваське» тоже есть.