Выход первого официального издания «Трансметрополитена» на русском языке стал, безусловно, одним из главнейших событий прошедшего года для сообщества любителей комиксов. Конечно, все, кому надо, давно прочитали «Трансмет» в оригинале или в пиратском переводе, зато теперь им можно и нужно украсить любую полку с графическими историями. Но не в меру требовательный Артур Гранд прочитал локализацию этого шедевра посткиберпанка и пришел в ярость. Которой теперь делится с читателями «Горького».

Уоррен Эллис, Дэрик Робертсон, Родни Рамос и др. Трансметрополитен. СПб.: Азбука-Аттикус Перевод с английского Александра Гузмана и Александра Пасько

«Трансметрополитен» — долбаный культовый комикс, отъехавший киберпанк, написанный Уорреном-заноза-Эллисом, отрисованный Дерриком-лизергин-Робертсоном и изданный DC Comics. Его главный герой — гонзо-журналист Спайдер Иерусалим, славный ублюдок, городской фрик, трикстер, наркоман, трансгуманист **** [негодный], впадающий в экстаз при виде мертвых собак и рассыпанной по канавам Правды. В наше время новой этики он бы самолично заморозил себя в криогенной камере — только бы развидеть всех этих моралистов. 

Тандем Эллиса и Робертсона шарахнул напалмом: резкие рисунки стали идеальным сопровождением особого языка «Трансмета», мусорного городского лексикона, ставшего фирменным знаком комикса. И вот буржуазная «Азбука-Аттикус» издала этот дивный смрад на русском языке. 

Мне написал редактор (Эдуард-психоскандалист-Лукоянов. — Прим. ред.): мол, давай укокошим это издание, они же не «Трансмет» русифицировали, а взбзднули мозгом. Я прочел оригинал и перевод. ***** [О боги]. Короче, издательству за энтузиазм — респект, за исполнение — говна пирога.

Итак, перевели 12 номеров «Трансмета» за первый год (1997-й) и мини-выпуск о том, как язвительный и одинокий Спайдер чахнет во время Рождества. В подвальный раздел «Трансметробонусы» запихнули несколько эссе (от Эллиса и Иерусалима, в частности), скетчи и комментарии. Письма читателей, сопровождающие оригинальный комикс, переводить не стали, может, и хрен с ними, однако парочку вполне можно было бы — живая реакция живых людей в виде забытого эпистолярного ремесла, а не богомерзких комментариев в соцсетях. Скетчи интересны только упоротым гикам, а вот комментарии оказались к месту — в «Трансмете» много культурных отсылок, залупающихся на серьезный интеллектуальный багаж читателей.

А вот то, что эссе оказались в гетто, то есть в конце издания (в оригинале они опубликованы вместе с номерами), — дикий ад. Они лихо погружают в контекст «Трансмета», особенно колонка Уоррена-засранца-Эллиса, в которой он рассказывает о своей любви к городу, этому жестокому и витальному микрокосму. Сай-фай обычно воспринимает городскую среду как сплошную паранойю, кровавый бег по лезвию. Но мир Спайдера Иерусалима далек как от утопии, так и от антиутопии; авторы комикса обожают урбан, что не мешает им исследовать его самые гнойные стороны. В общем, врубиться в неистовую атмосферу блудливого сити, примерив оптику авторов, хорошо бы сразу, а не дожидаться «Трансметробонусов».

Главный переводческий факап — обилие замшелых выражений, помнящих еще крепостное право, но к агрессивному киберпанк-языку не имеющих отношения. Все эти «благодарю покорно», «без дураков», «крошить батон», «сколько лет, сколько зим», «все пучком», «разливайся соловьем», «задохлик», «кстати, о птичках» — словарный запас Жени Лукашина, но не героев «Трансмета». Причем переводчики (кстати, о птичках — Александр Гузман и Александр Пасько) и редакторы российского издания мата не пожалели, льется изо всех щелей, его даже больше, чем в оригинале. И получился в итоге какой-то адский отвар из мать-и-мачехи и мухоморов. Читать такой «Трансмет» почти нереально — только разглядывать. 

Содержательно комикс по прошествии времени кажется несколько наивным — испытание временем выдержали, пожалуй, только кибербанк-заморочки. Но именно язык (вместе с рисунками) служит «Трансмету» вечным стимулятором. Сложносочиненная матершина Иерусалима (тоже не слишком удавшаяся переводчикам), весь этот городской лингвошлак, помноженный на сай-фай терминологию, делает комикс одним из самых сильнодействующих легальных наркотиков. 

Говна на вентилятор я тут, конечно, набросал, но стоит сказать и о том, что ну-да-ладно-удалось переводчикам. Пожалуй, самая безбашенная и торкающая глава, посвященная религии, на русском языке выглядит достойно. Спайдер Иерусалим не просто орет какому-то проповеднику о том, что убил Бога, он изрыгает проклятья по поводу всех конфессий и напоминает видоизмененного Христа, воюющего с торговцами верой. Воздух в нашей стране сейчас состоит не из азота и кислорода, а из обиженных чувств верующих — авторы российского «Трансмета» не испугались освежить его спайдеровским богоненавистничеством. В этой главе как-то обошлось без «задохликов» и «все пучком» — язык созвучен ошалевшему герою. 

Не все тексты Иерусалима остохреневшие. В номере, посвященном пробудившимся после многолетней заморозки в криогенных камерах, он пишет об этих несчастных как будто бы даже с нежностью. В оригинале слышится, прости господи, грусть, меланхолия, хардкор-письмо вдруг звучит блюзом. Но перевод этой интонации не передает, текст сухой, как сердца хитрожопых политиков. Образ Спайдера объемнее, чем может показаться на первый взгляд, но российским читателям узнать об этом не дано.

«Азбука-Аттикус» — солидное издательство, благонравное, как поморщился бы Хармс. Хрен его знает, что они хотели, выпуская «Трансмет»: собрать сливки со знаменитого бренда и заработать бабла или искупить свою солидность, залезая в андеграунд (и тоже заработать бабла, естественно). Синергии, ха-ха, не случилось. Возможно, этот комикс подходит издательству как йога — Спайдеру. Подвела авторов российского «Трансмета» даже не их благонравность, а отсутствие навыка брутально и грязно ругаться. Мат и сниженная лексика — тончайший инструмент, в руках переводчиков он стал унылой заточкой, а не огненным мачете. 

Артур-злыдота-Гранд,

гребаная собянинская Москва,

1 декабря 2020 г.