Самая короткая война в истории

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

Дэн Хикс. Музеи жестокости: бенинские бронзы, колониальное насилие и культурная реституция. М.: КоЛибри, Издательство АЗБУКА, 2026. Перевод с английского Елены Моисеевой. Содержание

Меняющиеся колониальные стратегии Франции, Бельгии и Германии способствовали зарождению новой фазы колониального раздела, обусловленной появлением пулемета Максима и новых военных возможностей, вследствие чего в 1890-х годах Британия вступила в схватку за территориальное господство в Западной Африке: от Французского Судана к северу, французской транссахарской экспансии и контроля над Верхним Нигером, французской Дагомеей на западе, немецким Камеруном на востоке и Свободным государством Конго короля Леопольда. В 1892 году спор с Францией из-за вторжения «суданской экспедиции» лейтенанта Антуана Мизона на территорию Королевской Нигерской компании привел к усилению давления на Британию по вопросам контроля над северными областями выше рек Нигер-Бенуэ. Тем временем вступление Джорджа Голди в должность губернатора территорий Королевской Нигерской компании в 1895 году после смерти лорда Абердэра дало новый толчок развитию корпоративного милитаристского колониализма в областях вдоль реки Нигер. Голди, с каждым днем все более уверенный в своих силах, использовал «неофициальный подход» для получения полной свободы действий в совершении актов насилия, о чем он и сообщал в письме в Министерство иностранных дел в августе 1896 года, выступая за продвижение лейтенанта Арнольда, который являлся командующим военными подразделениями компании и в следующем году должен был возглавить судано-нигерскую экспедицию. «Сама идея компаний, созданных на основании королевского указа, является нелогичной с точки зрения конституционной „схоластики“. Это оперативный способ расширить границы империи и торговых отношений Великобритании, который требует столь же неординарных мер. Мы делаем хорошую [sic] вашу работу на свой страх и риск».

Термин «милитаристский колониализм», который я предлагаю использовать в качестве альтернативы эвфемизмам «неформальная империя» или «джентльменский капитализм», является полной противоположностью излюбленной фразы Джозефа Чемберлена «конструктивный империализм» — понятия, неразрывно связанного с его идеей империи как пустого ландшафта из отдельных земельных владений, брошенных своими хозяевами. В своей знаменитой речи в палате общин в 1895 году, через несколько недель после вступления в должность государственного секретаря по делам колоний, Чемберлен использовал эту метафору, говоря о применении к «диким странам» иных законов: «Я считаю, что многие из наших колоний находятся в состоянии неразвитых государств, земельных владений, которые невозможно развить без помощи империи. Мне кажется нелепым применять в отношении диких стран те же самые законы, какие мы используем в цивилизованных областях Британской империи».

Первые годы правления объединенной коалиции ознаменовались новым этапом колониального насилия в форме активного свержения могущественных бессменных правителей — в каждом случае предлогом становились обвинения в беззакониях и варварских практиках, излюбленным среди которых было рабство, причем каждый правитель объявлялся виновным в обанкротившемся режиме террора, с которым следовало покончить при помощи войны.

Разграбление французами дворцов в Абомее на территории Дагомеи (современная республика Бенин) в 1892 году, когда были похищены королевские предметы искусства и бронзовые барельефы, король Беханзин сослан на Мартинику, а Дагомея стала французской колонией, полностью противоречило условиям договора с королевством Бенин, заключенного в том же году. Ключевой фигурой в становлении нового режима был адмирал Гарри Холдсворт Роусон, назначенный 4 мая 1895 года командующим эскадрой у мыса Доброй Надежды. Роусон был «давним другом королевы Виктории» и служил на королевской паровой яхте «Виктория и Альберт II». Он возглавил эскадру из 15 военных кораблей, чтобы обеспечить подкрепление во время новой серии «маленьких войн» для свержения могущественных политических и духовных лидеров и правителей. Появление в Восточной Африке протектората Уганда (1894) и Восточноафриканского протектората (1895), а также рациональное обоснование позиции Имперской британской восточноафриканской компании были схожи с процессами, идущими на берегах реки Нигер. Приоритетом являлся стратегический контроль над побережьем Индийского океана и окрестными территориями. В результате спора по вопросу управления городом Такаунгу (на побережье Кении), для которого компания уже выбрала замену (однако законный наследник шейх Мбарак бин Рашид аль-Мазруи продолжал сопротивляться), началась масштабная военная кампания в поддержку комиссара протектората Артура Генри Хардинжа, защищающего интересы компании. Хардинж был секретарем лорда Солсбери в его бытность в 1885 году премьер-министром и генеральным консулом в Каире, а в июле 1895 года занял пост генерального консула Занзибара и комиссара Восточноафриканского протектората. Хардинж был близок к королеве, поскольку в возрасте 11–16 лет, с 1866 по 1870 год, являлся пажом Ее Величества. Позднее он стал британским послом в Испании, а в 1923 году одним из основателей организации синерубашечников Роты Линторн-Орман — британских фашистов. В июле-августе 1895 года Роусон возглавил несколько морских кампаний у побережья и на суше, в том числе сожжение Гонгоро и «экспедицию в Мвели» — пятидневный переход из Момбасы, завершившийся штурмом крепости бин Рашида в Мвели и ее разрушением.

27 августа 1896 года Роусон командовал обстрелом дворца и гарема султана на Занзибаре, осуществляемого кораблями королевских ВМС «Воробей», «Дрозд» и «Енот». Это событие британцы праздновали как «самую короткую войну в истории», длившуюся всего 38 минут. Этот конфликт также начался со спора о престолонаследии после смерти 25 августа султана Хамада бин Тувайни. Ожидалось, что трон унаследует султан Халид ибн Баргаш, а не британский ставленник Хамуд бин Мухаммад. Ибн Баргаш вступил во дворец в сопровождении нескольких тысяч сторонников, включая солдат султаната в количестве примерно 1200 человек. Мотивируя свои требования договором 1886 года, одним из пунктов которого было условие о том, что восхождение на престол возможно лишь с одобрения британского генерального консула, англичане ожидали, что султан откажется от своих намерений, однако несколько часов спустя произошло нападение на дворец. Предлогом для насилия стало «открытое неповиновение», дворец был сожжен и разграблен, погибло примерно 500 солдат и неизвестное количество гражданских лиц. Султан бежал, и в тот же день, всего через 48 часов после смерти предыдущего султана, на трон взошел Хамуд бин Мохаммад, 6 апреля 1897 года выпустивший указ об отмене рабства.

В период между этими двумя «экспедициями» Роусон в декабре 1895 — январе 1896 года привел эскадру к Золотому Берегу в Западной Африке, чтобы участвовать в свержении короля Ашанти Премпе I в Кумаси во время так называемой второй экспедиции в Ашанти, или Четвертой войны с Ашанти. В отличие от восточноафриканских экспедиций, экспедиционные войска, направленные в Ашанти, состояли из солдат британской армии под командованием полковника Фрэнсиса Скотта. После предыдущей экспедиции в Ашанти в 1873–1874 годах в июле 1874 года был основан Протекторат Золотого Берега, занимавший территории от колонии Золотой Берег на побережье и в глубине континента вплоть до границ королевства Ашанти. Через 14 лет постоянных конфликтов с британцами ашантихене (король) Премпе I в марте 1888 года взошел на трон при поддержке колониальной администрации, однако между королевским двором и британцами тут же возникли разногласия по поводу условий торговли, и Премпе присудили к выплате 50 000 унций золота, причем британцы требовали привилегий на основании договора 1874 года. Под предлогом отсутствия ответа от короля они предприняли карательную экспедицию. В королевстве появились британские офицеры службы специального назначения, а также солдаты Западноиндийского полка и воины хауса из Протекторатов Золотого Берега и Лагоса. В зарослях кустарника проложили дороги и привлекли к кампании около 13 000 носильщиков и разведчиков. Король сдался и вместе с королевой-матерью и вождем отправился в ссылку. Священные строения в Бантаме сожгли, а королевские золотые и священные реликвии украли. Короля заменил резидент Кумаси, капитан Дональд Стюарт, после чего в городе выстроили форт. За этим последовал кровопролитный конфликт, кульминацией которого стала Война Золотого Трона 1900 года, вспыхнувшая после того, как резидент уселся на трон — провокация, повлекшая за собой гибель тысяч людей.

В период войн с предполагаемым терроризмом периодически происходили вспышки насилия, принимавшие форму возмездия. Так же как теория «милитаристского колониализма» на практике оправдывала воровство как своего рода плату, так и оправдание войны происходило с применением тех же ментальных упражнений. В обоих случаях военные действия способствовали смещению временных рамок. Когда африканцы совершали акты насилия в качестве возмездия, считалось, что они планировали это в течение многих лет, в то время как давно задуманные нападения британцев называли обычной реакцией на угон в рабство на северных территориях компании, а также человеческие жертвоприношения на территориях протектората на юге. Эти временные проекции — частично искажения времени и частично выражение собственного превосходства — были характерны для идеологии милитаристского колониализма и сигнализировали о начале эпохи милитаристской филантропии, использующей в качестве предлога для беспричинной смены режима «нарушение прав человека».