Петька на Гоа

Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.

С тех по как издательство «Амфора» попало в локус моего внимания (на «Горьком» опубликованы три мои статьи с обзором серии «Поколение Y»), я о нем не забывал, но и не совершал специальных погружений. Так, проскочит книжечка-другая: то что-то о музыке, например уникальная «Психатака» Ермичева о ленинградской сайкобилли-сцене или книга DJ Слона «Рейволюция» о первых диджеях Питера, то какая-то бестолковая молодежная проза тех времен в переводе Владимира Козлова («Скоро тридцать» Майкла Гейла), то что-то контркультурное по наводке рэпера Касперского, называлось «Морверн Каллар», шло в связке с приятным одноименным фильмом. Даже до «Грешников» Ильи Стогова добрался, и мне показалось, что это лучшее из написанного им (а ведь его обзору была посвящена моя отдельная статья). Часто эти книги находились как-то случайно, и я даже не знал об их существовании, пока они мне не попадались. Такая неочевидность бэк-каталога — один из плюсов «Амфоры», но есть и другие. Например, цены: многие из их книг продаются на маркетплейсах за 200–300 руб., на фоне оголтелых современных цифр такая скромность кажется обаятельной. Иногда книги попадались вживую на полках букинистов, в первую очередь в моей любимой лавке «Арбат, 20», где они стоили даже и еще дешевле. Собственно, несколько находок, совершенных там, и вызвали новую волну интереса к «Амфоре». Все началось с книги «Комната из цветочной пыльцы» Зое Дженни, своим оформлением напомнившую мне работы чудесных художниц — «Малышек 18:22». Потом оказалось, что у Зое Дженни есть еще одна книга с оформлением такого рода, «Зов морской раковины». После двух уже захотелось продолжить и зачем-то покопаться в старой молодежной литературе. Пошел поток неизвестной художки. Книги скромных объемов читались за день. Еще одним плюсом издательства «Амфора» был их интерес к европейской литературе — попадалось много британских авторов, но не только. Какие-то книги я выбирал по описанию, какие-то по оформлению. Понравился поп-арт-дизайн книги — купил за 200 руб., — оказалось, что это научпоп про эпидемию лишнего веса у человечества; сильно напомнило современную линейку книг издательства individuum («Голодный ген» Эллен Руппер Шелл, 2004 г.). По одной из книг («Двенадцать» Ника Макдонелла, 2006 г.) даже встретился голливудский фильм с рэпером 50 Cent в ролях. А потом мне в глаза бросилась «пляжная серия». 

Характерным элементом «пляжной серии» были обложки — фотографического типа, на них были запечатлены женщины и мужчины в купальных нарядах, преимущественно с эротическим подтекстом. Выглядели они настолько пошло, что даже неловко было читать эти книги в метро. Молодежная проза о пляжных вечеринках, курортах, теплых деньках… Это напомнило мне канал MTV, который я смотрел в отрочестве. Он транслировал некий образ райской жизни, заключенный в вечной молодости, потоке музыки, тусовок и удовольствий, включая легкую смену половых партнеров и злоупотребления, когда все это остается простой игрой, лишенной драматической составляющей. Не могу сказать, что этот образ даже в то время резонировал с моими представлениями о жизни. Во всяком случае, в музыке меня интересовала музыкальная составляющая, если я ходил в какие-то клубы, то только на концерты, чтобы послушать музыку, да и то несколько позже… Молодость молодостью: неумение брать на себя ответственность в отношениях, скажем, у меня с этим образом совпадало; из излишеств энтузиазм у меня вызывал только алкоголь. Танцы, тусовки, да и развлечения были как-то не интересны. В общем, даже тогда это все казалось каким-то поверхностным и диковатым, мало применимым в жизни, но на подкорке осталось представление о подобном «рае»: для кого-то он существовал в таком виде, как социальное явление или коллективная мечта. «Пляжная серия» как будто располагала к тому, чтобы взглянуть на него свежим взглядом. Почему-то идея показалась привлекательной, то есть не исходная, а ее отстраненное осмысление. 

Но для начала надо было разобраться, что там вообще такое в этой серии. Первой книгой стала «Курорт» Кевина Сэмпсона (2005), действительно посвященный курортному отдыху, но в каком-то малопопулярном местечке, сознательно выбранном героями вместо мейнстримовых. В романе зафиксированы нехитрые романтические переживания ряда персонажей, бытовой реализм без особой глубины и с умеренной пикантностью. Книга не особо впечатлила, но выяснилось, что автор «Курорта» больше прославился книгой Awaydays (не переводилась), по которой был снят известный отечественному зрителю фильм «Ушедшие дни / Футбольные гладиаторы» (Пэт Холден, 2009). Вот это я пересмотрел с удовольствием, стильная драма с удачным саундтреком прошла проверку времени. Второй книгой «пляжной серии» стала «Водка + Мартини» (2007) Пола Райзина. Она была преимущественно посвящена попыткам человека заводить шашни, а также рабочей сфере — герой здесь телевизионщик. Книга была сбита чуть покрепче, однако тут, как это бывает у «Амфоры», что-то уже пошло наперекосяк: никакого отношения к курортам и пляжам текст не имел. Об этой особенности я подробно расскажу ниже, а сейчас перейду к центральному номеру серии, трем книгам Колина Баттса со словом «Ибица» в названии (которого на самом деле там не было, об этом тоже ниже). Книги Баттса не раз попадались мне на полках букиниста «Арбат, 20», но тогда мысли, что может быть причина взять их в руки и открыть, у меня не возникало… 

Внезапно Баттс оказался близок к Джону Кингу («Фабрика футбола» и т. д.) и раннему Ирвину Уэлшу. Его дебютный роман «Ибица» (2004, ориг. 1997) вобрал большой жизненный опыт работы в туристической сфере на Ибице. Книга имеет черты производственной драмы — тщательно зафиксирован весь рабочий процесс гида в бытовом разрезе, представлены различные форс-мажорные ситуации, типичные паттерны поведения гидов и клиентов с учетом психологической мотивации, затронуты разные уровни начальства, происходящее дано с предысторией фирмы и ее работников и размышлениями о будущем, то есть в многолетней динамике. Сама книга довольно объемная и построена как сериал, с колоритными героями и бодрой динамикой; жанр — циничный реализм. Центральными темами сюжета являются секс-соревнование между гидами и финансовые махинации внутри компании. В рамках первой темы Баттс подмечает, к каким психическим деформациям это все приводит, но потом герои с легкостью вырываются из водоворота силой любви, что выглядит наивно. В книге встречаются жесткие сцены и лихой полет фантазии автора, но под конец книга начинает разваливаться из-за роялей в кустах и странного хеппи-энда. Это подпортило впечатление, но не критично: слишком большой жизненный материал старательно обработал Баттс. Вторая часть, «Ибица — это глагол» (2004, ориг. 2003) вышла более натужной, Баттс тут увлекся конструированием комических ситуаций, но динамика и стиль сохранились. Третья его книга, «Ибица круглые сутки» (2006, ориг. 2004), не связана с предыдущими ничем, кроме места действия. Более вялая, со скучным остросюжетным элементом и уже предсказуемыми авторскими ходами, с преимущественно картонными героями — похоже, что Баттсу было уже нечего нам сказать, да он больше и не сказал: годы его жизни — 1959–2018. Первая книга экранизировалась в начале нулевых дважды, сначала как телефильм, а потом как сериал. Кинофильм («Гарри на борту?», Менхай Хада, 2001) удалось выискать в комичном оцифрованном с VHS переводе. Это подростковая комедия: все элементы производственной драмы и антропологические исследования Баттса отправились в мусорку, остались лишь юмор и пикантные темы. Сериал на русском языке недоступен. Помимо этого, Баттс немного промышлял сценаристом — наибольшим достижением стал х/ф «Белый остров» (Бенжамин Тернер, 2015), для которого он адаптировал свой третий роман. На экране этот сюжет выглядел убедительнее: снятый с достаточным бюджетом фильм смотрится как нормальная английская криминальная комедия.

Интересно, что в творчестве Баттса не особо представлена музыкальная сцена острова, электронная танцевальная музыка. Несколько его героев работают диджеями и играют в барах, но основной рейв остается за кадром, туризм от него отделен, и этому отделению посвящен большой сюжет второй книги. А ведь Ибица прославлена как очаг электронной музыки и интересовала меня в этом контексте. Не так давно я прочитал «Хасиенду» Питера Хука, бывшего участника Joy Division. Это история передового манчестерского клуба, существовавшего с 1982 по 1997 год (и немного — лейбла Factory Records; этим же реалиям посвящен х/ф «Круглосуточные тусовщики», 2002 года выпуска, реж. Майкл Уинтерботтом). Одна из тем книги — смена музыкальной повестки в связи с открытием англичанами Ибицы и ее новых танцевальных жанров. Вывезенная с острова музыка захватила «Хасиенду», по словам Хука, она была на острие времени. Раньше я как-то над этим не задумывался, и мне трудно было представить время, когда электронная танцевальная музыка звучала как что-то свежее. В начале нулевых, когда начинался мой меломанский опыт, все эти жанры уже воспринимались как что-то затхлое, по радио и ТВ звучали гнетущие электронные поделки уровня шансон-самоиграйки, но только с туц-туц-туц… Шли годы, я углубил свои знания в истории музыки и осознал, что когда-то такой звук был нов, но только недавно я осмыслил этот момент вдумчиво, послушал всякие диджейские дела свежим ухом. Это совпало с интересом к аудиокассетам — на них такого выходило много, до сих пор можно брать за бесценок (спойлер: музыка осталась преимущественно плохой). Также Хук упоминает посещение Ибицы, роман манчестерцев с ней; в контексте Ибицы появляется и певица Нико со своей смертью, Хук был чуть ли не последним, кто ее видел, — она упала с велосипеда и скончалась от полученной травмы. 

С Нико и началась книга «Ибица. Тени на луне. Изгои, фрики, шаманы и становление клубной культуры» Хелен Донлон (2022, ориг. 2016), которую я прочитал вслед за трилогией Баттса. Это не «Амфора», подобно «Хасиенде», выпущена она екатеринбургским издательством «Кабинетный ученый». Книга оперирует огромным объемом информации, но сбивчиво, странным образом прыгая между временными периодами. Ценных наводок встречается много, но приходится реструктурировать информацию внутри собственной головы. Прежде всего, Донлон встраивает Ибицу в широкий контекст различных тем, сразу заходя с козырей и подмечая, что слово party созвучно с pirate — в истории было время, когда Ибица (как и Гоа) была прибежищем пиратов. Краткий историко-антропологический экскурс начинается с бездны времен, доходя до XX века, когда Ибицу навещали битники (хотя в их контексте известнее Танжер) и хиппи, а до них автор упоминает, что на острове жил дадаист Рауль Хаусман. И действительно! У меня вылетело из головы, что действие его автобиографического романа Hyle (о нем Донлон умалчивает) происходит именно на Ибице. Он совсем недавно был издан в издательстве «Гилея», в 2023 году, а написан в 1949–1958 гг. Таким образом, именно Hyle в рамках моего обзора открывает ибицианский текст. Какой-то из героев Донлон подмечает, что в рамках Испании Ибица оставалась островком свободы, где можно было спрятаться от диктатуры Франко (ум. 1975). Из доклубного и даже дохиппанского периода ценными документами оказались две кинокартины, упомянутые в книге. Hallucination Generation (1966, Edward Mann) — еще черно-белый фильм с классической театральщиной, картина жанра drugsploitation. На русский не переводилась, но тут и без перевода все понятно. Самым ярким впечатлением фильма являются сцены с hallucination. Кино-зарисовки Ибицы наличествуют, городские и пляжные. Второй фильм затрагивает схожую тему, но сам он пожестче, так как центральное вещество пожестче. Снятый всего три года спустя «Еще» (1969, Барбет Шредер) выглядит фильмом из другой эпохи — ну киноязык сменился. По визуальному ряду он ближе к итальянским джалло и драмам, в которых активно снималась главная актриса «Еще» Мимси Фармер. Остров показан хорошо, он во многом остается декорацией для происходящего, но в каких-то аспектах его особенности являются двигателем сюжета. 

Зачатки музыкальной культуры идут от старшего поколения, постепенно сцена начала формироваться, а описанный в книге Хука сюжет — это возникновение жанра «эйсид-хаус», завезенного в Англию с Ибицы, в общем, уже сложившаяся легенда, «Второе лето любви», 1988 год. Такие легенды есть и у соседних стилей: чикагский хаус, детройтское техно, гоа-транс, музыкально для меня это продолжает сливаться в одну кучу, но формально различия проговаривались… Информация дается в книге непоследовательно и неполно, но достаточно для общего прояснения картины и удовлетворения моего любопытства. Следующий этап развития музыки описан под другим углом, это уже история ибицианских клубов и линеек вечеринок. Тут можно узнать о развитии некоторых успешных проектов, течении времени и улучшении инфраструктуры. Похожим образом повествование велось в книге про берлинскую сцену («Забыться в звуке: Берлин, техно и easyJet» Тобиаса Раппа, ориг. 2009), которую я недавно читал. Создается ощущение, что для описания каждого периода музыки у журналистов сложилась своя оптика. Получается, в этом смысле каких-то принципиальных особенностей у Ибицы уже не было, эти главы похожи на описание развития клубной сцены в любой столице или крупном городе, различия локализованы в этих рамках. Если это так — выходит, что за десятилетия активного туризма свободный дух с ноткой дикарства легко смог выветриться, и все превратилось в обычное европейское место. Кто знает? Проверять вживую я не намерен, чего-то манящего и интригующего за время чтения я не испытал, точнее его мне хватает и в повседневности, никуда ехать не надо… Последний временной период описан уже через жалобы на буржуазное вырождение клубов и появление вертикальной структуры потребления вместо горизонтальной (а-ля раньше все были вместе, а теперь сплошные vip-зоны разных стадий), а заканчивается книга и вовсе проблемами зашумления и рассуждениями об отдыхе от отдыха и тишине (что хорошо совпало с моим настроением). 

Интересно, что Баттс в книге не упоминается вообще; есть Кевин Сэмпсон (первый прочитанный мной автор «пляжной серии») — оказалось, что он впоследствии жил на Ибице и посвящал ей минуты вдохновения. Рядом с ним появилась Хелен Уолш (как его «партнерша» и землячка) — ее роман «Низость» рекомендуется тут как книга времен эйсид-хауса; у нас его когда-то выпускал Керви. Мы же возвращаемся к «пляжной серии». Следующей книгой из нее стала «Нескромное пари» (2006) Джейми Холланда. Это оказалась мучительно нудная проза уровня фанфика, с повторами и длиннотами, вновь о романтических отношениях людей и без курортной темы. После такой книги работы Стенли Моргана зашли пободрее, хотя сами по себе они безделки. Это были «Звезда телерекламы» (2006) и «Оле, Мальорка!» (2004). Неожиданно, но оба текста были написаны в начале 1970-х годов, что задает серии историческую перспективу. Киноактер Стенли Морган написал целый цикл порядка 20 книг о приключениях эротического мутанта Расса Тобина, из которых «Амфора» издала три (хотя легко подумать, что пять: две упомянутые выходили спустя время под измененными названиями и в другой серии). Как признавался писатель Стюарт Хоум, обрабатывающий бульварную литературу с помощью постмодернизма: «Когда я пишу книгу, я сначала записываю все сексуальные сцены и затем вставляю их раз в несколько страниц, так что 20 % работы сразу оказывается выполненным». Книги Стенли Моргана выглядят как сделанные по схожему лекалу, сюжет разваливается, но устаревший язык и поверхностная психология героев отличаются от аналогичной продукции, написанной позже (не в смысле, что потом психология стала глубже, но ее поверхностность видоизменилась). Описание Мальорки удивило тем, что ряд штампов о работе гидом тут совпадает с описанными Баттсом. Герой тут встречает прилетающих в аэропорту, продает им экскурсии, а смены происходят раз в те же две недели, что и 20+ лет спустя.

На этом мой роман с «пляжной серией» закончился, хотя она не была исчерпана. Впрочем, пора зафиксировать особенности подхода «Амфоры», ее знакомый почерк, с серией «Поколение Y» дела обстояли похоже. С одной стороны, узнаваемые «пляжные» обложки (те самые, из-за которых книги неловко читать в метро) не определяют принадлежность книги к серии. Я выбрал их как определяющий фактор, но на деле формально часть упомянутых книг не входила в «пляжную серию». У серии есть логотип — солнышко, в некоторых случаях внутри солнышка оказывается рыбка, потому что внутри «Амфоры» был импринт Redfish, который и отвечал за эти книги. Другие схожие выходили в серии «Фишки», а некоторые книги выходили несколько раз как в пляжной серии, так и в «Фишках». Помимо книг с пляжными обложками, половину «пляжной серии» занимают книги, визуально не имеющие ничего общего с этими, — вплоть до «Дневника Бриджит Джонс». Видимо, издатели не могли определиться и представляли серию то как «романы про курорты», то как «ненапряжное чтение для отпуска». Но и если книга выглядела как «роман про курорты», обложка могла оказаться обманкой. Мой обзор не захватывает все издания с фотообложками, как минимум две такие книги кажутся романами про курорты: «Пляжный ресторанчик» (2006) Криса Манби и «Ураган» (2007) Пола Кворрингтона. Несколько других книг «Амфоры» кажутся вполне подходящими, например «Семь солнечных дней» и «Солнечный удар» того же Криса Манби (они вышли в серии «романтическая комедия»). Я не ставил себе задачей сделать полный обзор, и мой энтузиазм был исчерпан. 

Дополню о фильмах про Ибицу. После упомянутых я сначала нехитрым поиском нашел пару документалок и что-то более современное: х/ф «Ибица» (Алекс Ричанбах, 2018) — незатейливую картину о том, как женщина учится говорить «нет». Ибицы в ней не так много, из местных персонажей есть водитель-растяпа, его дочь тусовщица, музыкальная тусовка богатеньких да успешный диджей. Следующей стала немецкая «Вечеринка на Ибице» (Гернот Ролль, 2004), удачный материал для статьи — с одной стороны, она буквально дублировала некоторые элементы Баттса, а с другой, являясь молодежной комедией, олицетворяла тот самый MTV-шный дух, позволяя взглянуть на него после всех размышлений. Во время просмотра сложно было отделаться от легкого обаяния пикантной беззаботности. При дальнейшем осмыслении увиденного на первый план выходила инфантильность. Вывод оказался самым банальным… Идея вечной молодости легко разбивается о быт, потому что с возрастом человек сначала растет, а потом стареет. Тогда он сталкивается с выбором: преодолеть инфантильность или остаться с ней — тогда окружающая действительность начинает все больше расходиться с поведением человека. Кому-то удается продержаться долго (в самых редких случаях — почти до конца), но обычно происходит маргинализация великовозрастного подростка, постепенно усиливающая вынужденную аскезу — физическую или эмоциональную… Как раз об этом оказался следующий фильм про Ибицу — про оглохшего диджея — «Глухой пролет» (Майкл Даус, 2004). История о том, как главный герой достигает дна, выглядит вполне реалистично, а вот то, как он отталкивается от дна и выплывает, отдает сказочкой. Эта картина стала наиболее классической и признанной из всех упомянутых тут. Под конец я нашел длинный список фильмов про Ибицу, он показался толковым и ценным, но мой интерес и тут уже был исчерпан. В вишлисте оставалась буквально пара позиций…

Когда-то я писал обзор, получивший название «Фикшн-десятилетие Ad Marginem», об издании ими современной отечественной прозы в нулевые годы, к которой позже издательство потеряло интерес. Отдельные книги из их набора я тогда не решился прочитать, например «Гоа-синдром» (2007) Александра Сухочева. Пришло ее время — благо на книги «Амфоры» она оказалась похожа не только темой, но и ценой в 200 руб. С одной стороны, это остросюжетная литература с темой наркоторговли, с утяжеленным стилем и лишними деталями, с другой — книга вбирает авторский опыт жизни в этой части Индии и его осмысление. У главного героя метафорический Гоа-синдром проявился примерно как в «Петьке на даче» Леонида Андреева, только Петька здесь великовозрастный, а вместо дачи — Гоа. На задней обложке книги расположен комментарий режиссера Буслова о том, что и он испытал на себе Гоа-синдром и надеется воплотить его в своих работах. Я припомнил историю из книги продюсера Сельянова, главы кинокомпании СТВ, о том, как он поддержал режиссера Буслова в его начинании снять фильм про Гоа, мол, эта работа была особо важна для Буслова. И что же? Результат заставил себя ждать, но был явлен миру в 2015 году в виде х/ф с названием «Родина». Им-то я и решил «шлифануть» курортную тему. Поначалу фильм, наполненный примелькавшимися отечественными актерами, позволяющими себе некоторые странности игры, выглядел как капустник на курорте. Но постепенно панорама расширялась (фильм позиционировался как «притча»), возникала то какая-то тарковщина, то легкая мрачняша (в рецензиях зрители жаловались на чернуху, для меня это вредный штамп в мышлении кинозрителей, мешающий работе киноискусства), то индийская мудрость, ну и тема веществ сохранялась и тут. Такой разухабистый коктейль показался мне весьма ловким, а в конце фильм и вовсе покорил меня обезоруживающей и наивной банальностью главных идей, что-то в духе «цените своих близких», «не все покупается за деньги», «берегите детей» (включая нерожденных). Думаю, даже из этих кратких описаний видно, в чем различие между отечественным и западным подходом к схожей теме, так что не буду формулировать это сам. Вдогонку отмечу, что в отечественном контексте тема еще освещалась: например, книгу «travel-агнец» (2001) Анастасии Гостевой я обозревал в статье про «Поколение Y», или вот на маркетплейсах в рекомендациях высветилась некая работа «Бом Булинат. Индийские дневники» авторства Ващенко А. Ю., там даже термин «Гоа-синдром» есть в описании. Ну и на деле все это оказывается ближе к хиппи-литературе типа мемуаров Ринго Зеленоградского или «Господина ветра» Дмитрия Григорьева (вновь «Поколение Y»), таких книг есть множество. А один из интернет-комментаторов «Вечеринки на Ибице» закономерно подметил: «Выглядит как Геленджик».

На этом мое путешествие подошло к концу. Обильное чтение литературы сомнительного качества меня притомило, с музыкальной темой я разобрался, интрига неизведанного исчерпалась, какие-то выводы я сделал. Основной темой Ибицы, очевидно, является свобода. В 2026 году этот флер свободы очень ощутим: сейчас такие книги издаются со всякими предупреждениями, изъятиями черным маркером, а то и не издаются, чтобы не рисковать. Но это локальные особенности момента, хочется смотреть шире. В середине века Ибица оказывалась временной автономной зоной, но эти времена прошли (кстати, в «Поколении Y» похожим образом описывался советский Таджикистан, см. книгу «Тропой Священного Козерога» Джа Гузмана). К моменту, описанному Баттсом, выходило, что Ибица — это пространство, где люди выпадают из привычного ритма жизни и охотнее нарушают табу. Социологически эти модели поведения понятны и описаны даже в исторической перспективе в рамках антропологии. Такое проявление свободы двояко: с одной стороны, оно позволяет взглянуть на рутинную жизнь со стороны и как-то ее исправить, с другой — тут легко просачивается деструктивный элемент. Если немного абстрагироваться от конкретных мест, то мы получим просто тему туризма и отпусков. Постепенно туристический поток Ибицы увеличивался, дойдя до нескольких миллионов в год; элемент «свободы от цивилизации» постепенно усыхал. Если же понимать свободу как свободу от греха (а это понимание кажется мне чрезвычайно важным, хотя со стороны, наверное, покажется довольно странным, к чему тогда вообще обращаться к рассмотренной литературе в моем случае), то польза курортов весьма ограничена, но выпадение из привычной жизни — это всегда способ взглянуть на нее со стороны, и этот опыт вполне может быть использован с пользой. Вообще, на самом деле, зоны различной свободы рассеяны и в бытовой жизни; их можно сконструировать самостоятельно. Думаю, в современности похожие типы пространств можно встретить в других местах. Были бы желание и воля.

29.06–17.07.2026