Все мы начиная с 24 февраля 2022 года оказались перед лицом наступающего варварства, насилия и лжи. В этой ситуации чрезвычайно важно сохранить хотя бы остатки культуры и поддержать ценности гуманизма — в том числе ради будущего России. Поэтому редакция «Горького» продолжит говорить о книгах, напоминая нашим читателям, что в мире остается место мысли и вымыслу.
Сергей Селеев, Ольга Моляренко. Черные копатели. Этнография приборного поиска. М.: Common Place; Фонд поддержки социальных исследований «Хамовники», 2023. Содержание
Представители военного поиска, поиска по старине и пляжного поиска по прибытии домой сортируют все находки и разделяют их на ценные и рядовые. Рядовые находки чистятся, приводятся в порядок, реставрируются самостоятельно, а редкие вещи могут быть сразу проданы или отданы на профессиональную реставрацию.
«Почистить металл и отреставрировать — две разные вещи. Почистить почти каждый сможет, а вот отреставрировать не каждому дано. Можно так вещь испортить, что уже ничего не поможет. Серьезные находки, которые хотел сохранить, я передавал реставратору. Мелочь всякую типа котелков немецких, стаканчиков — это все сами делали».
Валерий, копатель по войне, копатель по старине, 52 года
«У меня был случай, когда я испортил редкую и дорогу монету. И ее пришлось выкинуть. Если нужно что-то почистить сейчас, то отдаю знакомому, который этим профессионально занимается».
Андрей, копатель по старине, 40 лет
Опытные копатели с многолетним стажем, как правило, занимаются детальным разбором и обработкой найденного за сезон в межсезонье.
«Я по ходу сезона находки даже не смотрю, если только там нет чего-то очень ценного. Складываю в воду — они отмокают. А зимой, когда на коп выехать не получается, чищу, консервирую. Я крестики коллекционирую, поэтому по мере того, как набирается, делаю панно».
Валентин, копатель по старине, 47 лет
«У меня все просто хранится. Раньше разбирал, обрабатывал. Сейчас банально в пластиковых ведрах лежит. От первоначального азарта отходишь».
Евгений, копатель по старине, копатель по металлу, 27 лет
Дорогостоящие вещи могут быть отданы на реставрацию, либо коллегам-копателям, либо профессиональным реставраторам.
«Мне чего-то такого, что я бы отдала на стороннюю реставрацию, не попадалось. Большинство можем сделать сами. Железо вообще очень капризный материал, с ним очень тяжело. Вот его несколько раз нам отдавали на реставрацию и консервацию. Человек принес вещь, договорились, оставил на 6–8 месяцев. Медленно, но верно мы над ней работаем. Точно так же, как археологи в каких-нибудь подвалах, запасниках. Технологии те же. Но мало кто так делает. Большинство старается сразу сбыть. По металлопластике из драгметаллов работают два знакомых специалиста, многие отправляют им. Что касается золота и платины, то с ними ничего не случается. А вот серебро, особенно древнее, до того, как появились пломбы и клейма, не всегда было хорошего качества, пробу определить было нельзя. Вот оно или расслаивается, или превращается с течением времени в черный порошок. Поэтому просто отнести в ювелирку и спаять какой-нибудь древний крест не получится. Для этого нужен определенный опыт, умение работать с расслоенным серебром».
Алена, копатель по старине, оценщик, посредник, 49 лет
В случае потребности в финансах ценные, уникальные вещи продаются. Но большинство копателей-коллекционеров будут стараться до последнего оставить уникальную вещь у себя:
«Находил я как-то складень довольно уникальный. По каталогам R9 очень редкий. Ну ты представляешь, один еще такой у кого-то встречался. И вот второй у меня. Конечно, я его продавать не собираюсь. Даже если деньги нужны будут. Мне очень приятно, что он у меня есть».
Анатолий, копатель по старине, 34 года
В целом же по отношению к находкам среди представителей военного поиска и копа по старине можно выделить следующие «чистые» категории:
- продажники — ничего не оставляют себе, все продают;
- коллекционеры — все оставляют себе;
- смешанный тип — что-то оставляют, что-то продают.
Коллекционеры организуют у себя домашние музеи, покупают или обменивают предметы для своей коллекции, иногда что-то передают в дар локальным музеям — школьным или местным краеведческим.
«Есть люди, которые совмещают коп и коллекционирование. Такие могут вообще ничего не продавать никогда. Хоть какие деньги предлагай ему. И у него столько панно! С одной стороны крестики, там монетки, на третьей стороне по киевской культуре. Весь дом в панно. Своя галерея историческая. Но человек живет этим, фанат».
Илья, копатель по старине, 39 лет
«Ничего я не продал еще, ни одной вещи. Все собираю: и бытовые предметы, и монеты, крестики и прочее. Устроил у себя в сарае типа музей крестьянского быта. Друзьям показываю, родственникам».
Сергей, копатель по старине, 51 год
Продажники редко занимаются обработкой находок, предпочитая продавать «как есть». Редко встречается вариант, когда копатель собирает мини-коллекцию и продает ее как целостную, получая значительную выгоду. В первую очередь это характерно для нумизматов. Копатель смешанного типа значительную часть находок продает или обменивает, часть оставляет себе с целью или без цели коллекционирования.
«...дальше смотришь по каталогу. Если ценность имеет и у тебя такой нет, то кладешь в альбом. Если тебе не нужна, то выставляешь на „Авито“, на аукцион, по группам, между собой меняются. Обмениваются много. Товарищ у меня копает по войне, недавно поменял „Вальтер“ на штык-нож СС, сабли менял, еще чего-то».
Аркадий, копатель по старине, чердачный поиск, 38 лет
В тех случаях, когда копателю неясно, что за предмет им был найден, но, по его мнению, он не представляет ценности, тогда за идентификацией и оценкой копатель обращается к знакомым, на тематические форумы, в специализированные группы или чаты в социальных сетях. Оценку в ответ на запрос дают такие же копатели, оценщики или археологи.
«Такого чтобы прям супернепонятного я не находил. Но обычно в таких случаях делаешь фотографии, пишешь на форум, гуглишь, смотришь группы специализированные, определяешь редкость, ценность».
Тимур, копатель по старине, 45 лет
«Даже наши крупные копатели, мнящие себя знатоками-археологами, стали к нам в друзья набиваться. Им эго свое потешить нужно, поэтому они нам свои находки показывали, интересовались. Поначалу мы им даже отвечали, когда понимали, с какого памятника эта вещь, давали информацию, разъясняли».
Михаил, археолог, 66 лет
Продажа не представляющих особой ценности вещей — монет, посуды и стеклотары, предметов быта и обмундирования — стоимостью как правило до 20–25 тысяч рублей за предмет происходит онлайн через специализированные аукционы, разделы на копательских форумах, например Review Detector, в социальных сетях или на площадках интернет-аукционов. Комиссия площадки в этом случае может составлять от 2 до 20–25% от продажной суммы и зависит от длительности аукциона, стоимости лота, надежности платформы и продавца. «Очный» сбыт таких вещей проходит либо через антикваров, либо через блошиные рынки, на которых формируется свое особое сообщество.
«Все, что находим, продаем. У меня состав семьи большой, три дочери. Что не продается, дома лежит. Что-то дарим, чем-то меняемся. Продаем коллекционерам, которых знаем. Рынок сбыта есть всегда — и белый, и черный. И археологи тоже покупают. Через открытые аукционы продаем мелочь, максимум металлопластика: кресты-энколпионы, складни. А вот что-то серьезное туда, конечно, не попадает».
Алена, копатель по старине, оценщик, посредник, 49 лет
Респонденты отмечают большое количество случаев мошенничества на открытых площадках. Продавцы могут выставить один лот, а прислать сознательно совершенно другой. Поэтому онлайн-сделки касаются прежде всего дешевых предметов. Кроме мошенничества, всегда можно нарваться на подделку, в том числе и очень высокого качества.
«Мошенников много. Выставляют одно, а присылают совершенно другое. Много китайских подделок — они отличаются моментально. Украинские и наши подделки более качественные, их труднее определить, даже без экспертизы трудно определить бывает. Реальное серебро используется, тех же годов. Для этого покупают дырявые монеты из монисто. Так что получается полностью оригинальный материал, только штампы нужно правильно изготовить».
Ярослав, копатель по старине, блогер, 40 лет
«Специалисты восстановили технику литья по воску, выемчатых эмалей и прочего. Поэтому можно отливать украшения, топоры. Бронзовый топор за 3 года идеально состаривается в обычной выгребной яме. Достал, помыл, на нем патина благородная, не отличишь от оригинала».
Виктор, копатель по старине, 54 года
Если предмет уникален и представляет, по мнению нашедшего, особую ценность (например, монетный клад, средневековые изделия из золота и т. п.), то за идентификацией и оценкой обращаются к профильным специалистам, в качестве которых могут выступать археологи, продавцы антиквариата или коллеги-копатели, имеющие познания в той или иной области археологии. Их ищут исключительно по рекомендации знакомых, стараясь не особо распространяться о находке, поскольку в противном случае можно нарваться либо на бандитов, либо на контрольную закупку силовых структур.
«В 2011 году мы нашли место, которое было не копано другими копателями. Мы с него подняли клад. Не очень серьезный, но приятный — 1600 монет, серебро. Поделили на троих. Один свою долю заныкал. Другой свою продал сразу же, потому что орал на всех перекрестках: „Я выиграл клад!“ Приехали знакомые бандюки из города, он им его быстренько скинул. В его долю попали две редчайшие серебряные монеты. Их известно всего несколько штук — ценник начинается от 100 тысяч рублей за экземпляр. Он сказал, что продал весь клад за 80 тысяч рублей, а потом признался, что вообще за 50 тысяч. Я свою часть продал за 30 тысяч. Продал и продал, руки не жмут. И с тех пор меня жена отпускает безо всяких вопросов — добытчик. Но вот если бы мы знали тогда, не спешили и продали его какому-нибудь ученому целым комплексом, то цена могла быть и больше миллиона рублей».
Азат, копатель по старине, 63 года
Сбыт ценных и уникальных вещей стоимостью от 35–40 тысяч рублей и выше проводится, как правило, через знакомых продавцов или перекупщиков, комиссия составляет от 15 до 40% в зависимости от типа и ценности предмета, сложности его сбыта, места находки. Продажа за границу проводится исключительно по знакомству, так как сопряжена с наказанием по уголовной статье за контрабанду.
Копатели по войне также могут активно сбывать свои находки, формируя круг постоянных клиентов и места, в которых происходит сбыт.
«Как и в любом полукриминальном бизнесе, образовывался круг знакомых. В основном это охотники были [речь про 1990-е. — Прим. авт.], так как у нас были винтовки среди находок. А охотники это любят. Ну и приобретали как дополнение к легальному оружию. Потом это потихоньку прекратилось. Появился круг реконструкторов, которые тоже были нашими клиентами. Много чего покупали».
Иван, копатель по войне, 61 год
«Лежали у меня каски немецкие, штук пять. На момент, когда друг умер [он занимался реставрацией. — Прим. авт.], они оставались только некрашеные. Я их выставил на „Авито“. Купили. Реконструкторы, коллекционеры. Причем парнишка покупал, начал уточнять: „Крепкая она?“ Многие же отверстия стеклопластиком заделывают. А друг у меня все запаивал зачищал. Я этого парня спрашиваю: „А зачем тебе крепкая такая?“ — «Мне по ней прикладом будут бить. Я реконструктор».
Валерий, копатель по войне, копатель по старине, 52 года
Иная ситуация у тех, кто занимается металлокопом и пляжным поиском. Черные металлы сбывают в приемных пунктах, выбирая те из них, где выше цены, где ставят меньше процент засора и меньше обвешивают.
«А как иначе-то? Конечно, обманывают. Все хлеб с маслом хотят. Но и у меня плюсы от этого есть, что езжу на одну приемку, так как иной раз сдаю либо говно, либо неприемный металл [например, тросы, которые не везде принимают. — Прим. авт.], и они закрывают глаза».
Дмитрий, копатель по старине, копатель по металлу, 38 лет
«Засор ставят 6-7%, в зависимости от приемки. Я старался его отчистить, хотя некоторые сдают вместе с землей. На приемке, где я обычно сдавал, девочка-приемщица была. Может, и обвешивала, но я особо не замечал. А на одну приемку сдавал толстый лист металла, весом больше 300 килограмм. Его бы надо было резать, но резать было нечем. Кое-как мы его взвесили, но по нему было видно, что он весил больше, чем выдали весы. Ну, фиг с ним — больше негде было взвесить».
Валентин, копатель по металлу, 42 года
«10% засор ставят на официальной приемке, где цена выше, чем на частной. На частных ставят 7-8%. Некоторым вообще не ставят — от знакомства зависит. И мне кажется, что смысла нет обвешивать тех, кто каждый день привозит. Если заметят, то перестанут возить на эту приемку. Невыгодно терять клиентов».
Евгений, копатель по старине, копатель по металлу, 27 лет
Сдача металла происходит чаще всего за наличные, поскольку при безналичных расчетах на сдающего «вешают» несколько процентов за эквайринг, что приводит к уменьшению получаемой суммы.
Часть металла, который попадается во время копа, является так называемым деловым, то есть может быть продан как изделие — дороже, чем по весу. К таким вещам относятся гусеничные траки, противовесы, лемеха для плугов, запчасти от тракторной техники, толстый листовой металл.
«Если интересен коп железа, то нередко попадаются вещи, еще пригодные и сейчас. Они уходят на „Авито“, но большая часть металла уезжает в чермет. Все зависит от усердности, но в среднем на 3–8 тыс. в день я копал. Сдаю сразу или кидаю в „Авито“».
Алексей, копатель по металлу, 26 лет
Драгоценные металлы, найденные во время пляжного и подводного поиска, копатели сдают в ломбард или знакомому ювелиру либо по ходу сезона, либо в конце.
«Находки по-разному сдают: кто-то в конце сезона, кто-то по ходу. Ломбарды принимают, у кого-то ювелиры знакомые. До 2016 года с пляжного поиска можно было жить. Это был последний хороший год. Потом очень много копателей появилось, а находки кончились. 2017 год был очень холодный, люди не купались, и после этого как отрезало».
Марк, пляжный поиск, 27 лет
«Больше ломом сдаю в ломбард. Ювелиры, бывает, покупают. Бывает, как изделия покупают».
Инна, пляжный поиск, поиск по старине, организатор слетов копателей, 38 лет
Что касается общего заработка, то в зависимости от региона на копе металла до падения цен в 2022 году можно было зарабатывать от 15–20 до 80–120 тысяч рублей в месяц.
На пляжном поиске в сезон можно «поднять» от 30–40 до 200–300 граммов золота, от 50–80 до 250–350 граммов серебра и несколько тысяч современными монетами, в зависимости от наличия в регионе водоемов и количества отдыхающих.
В поиске по старине и по войне респонденты отмечают, что хорошо можно было зарабатывать во второй половине 1990-х и начале 2000-х. После этого численность копателей увеличилась, а количество и качество находок упало. Поэтому тех, для кого поиск по войне и по старине — единственный заработок, не так много.
«Если каждый день ездить [на лесной коп по старине. — Прим. авт.], то реально с этого жить. Я не беру полевые выходы в деревни, там люди просто для себя копают. Если я каждый день буду ездить, то можно прокормиться. Но не получается каждый день ездить. Когда была пандемия, заказов не было, только копал, на жизнь хватало. 3000 в день выходило примерно».
Павел, копатель по старине, 48 лет
В целом же уровень заработка в этих видах поиска зависит от уровня подготовки копателя, его знаний, готовности нарушать закон в части раскопок на памятниках археологии, а также от удачи. Опрошенные копатели говорят, что на продаже находок в среднем можно выручать от 10 тысяч рублей в месяц и выше.